Последняя жизнь нечисти

Губы двигались сами собой.

– Пропусти нас к кругу. – Марий смотрел прямо на меня. – Ты знаешь, что мы все равно пройдем, и сам этого хочешь. Пощади хоть кого-нибудь из своих детей. По-моему, они уже доказали тебе преданность. Честное слово, даже я никогда не позволял себе подобной жестокости по отношению к смертным.

Я внезапно осознала, что битва остановилась. Редкие выжившие в кровавой мясорубке храмовники опустили мечи, вслушиваясь в наш диалог. Рикки тоже прервал свой танец смерти. С острия его клинка капала кровь, скапливаясь в выбоинах пола. Даже пока невидимый маг прекратил создавать все новые и новые заклинания, взяв передышку.

– Это против правил, – после долгой мучительной паузы гулко разнеслось над сводами пещеры. – Во все времена именно мои дети обязаны были стоять на защите мира. Почему я должен их жалеть? Они сделали свой выбор в тот момент, когда принесли клятву храму. Пусть исполняют долг до конца.

– Все слышали? – Бог-отступник с издевательской гримасой всплеснул руками, обращаясь сразу ко всем присутствующим в пещере. – Жалкие людишки, запомните этот момент! Когда о сохранении вашей жизни просил бог-отступник, исчадие зла, а собственный покровитель отказался от вас. А знаете, что самое смешное? Если по какому-то невероятному стечению обстоятельств вы вдруг превзойдете меня и остановите, то вас покарает тот, кому сейчас вы приносите бессмысленные клятвы. Он вас прекрасно слышит, но не отзовется. Ваши слезы, кровь и боль – ничто для него, – после чего перевел взгляд на меня и добавил уже тише: – И ты помни об этом, Тефна. Впрочем, я все равно не позволю тебе об этом забыть.

Я всхлипнула. Опустилась на колени, крепко зажмурившись и закрыв голову руками. Не хочу! Я просто не могу все это видеть. Сверху тонкой золотистой дымкой опустился щит, надежно укрывающий меня от нападений. Вот только я продолжала слышать все, что творилось в пещере. Опять начавшуюся битву, лязг мечей и приглушенные стоны умирающих. Небо, когда же все это закончится?!

И неожиданно все стихло. Я продолжала сидеть, не в силах оглядеться. И так прекрасно знаю, что увижу. Смерть, только смерть вокруг. Мир окрасился в багровые цвета крови и черного безысходного отчаяния.

Я услышала, как бог-отступник подошел и присел рядом на корточки. Ощутила прохладу его пальцев у себя на щеке, но по-прежнему упорно смотрела себе под ноги, сосредоточившись на сером остром камешке.

– Такова жизнь, Тефна, – продолжил он, приподняв мне подбородок и заставив смотреть себе в глаза. – Ты метаморф, должна понять меня, как никто другой. Тебя всегда обвиняли в том, чего ты не совершала.