Сиделка

Она выпрямилась и со значением заявила: — Кэтрин Стоун, вот что я тебе скажу — этот мужчина явно к тебе неравнодушен. И на твоем месте я сделала бы все, чтобы привязать его к себе.

Вот она, очередная жертва местного менталитета. Я незаметно усмехнулась. Хель мыслила как немалая часть дартских тер. Был бы мужчина рядом, а кто он — любовник, сожитель или покровитель — без разницы. Главное, чтобы деньги исправно приносил и называл своей женщиной.

Нет, брак в Дартштейне, конечно, уважали. Только вот простые люди относились к нему довольно своеобразно.

Они могли годами жить в «незаконном сожительстве», рожать детей, вести совместное хозяйство, и лишь спустя долгое время доходили до префектуры, чтобы узаконить свои отношения. А могли и вовсе не дойти. Пошлины на государственную регистрацию, введенные не так давно правительством лорда Дальгейма, свели до минимума количество простолюдинов, желающих вступить в брак. Люди продолжали жить по старым законам, позволяющим временные семейные союзы, но такие «браки» ничего не гарантировали. Сколько в Бреголе брошенных женщин и никому не нужных детей! А сколько тех, кто готов терпеть любые унижения, лишь бы рядом был мужчина…

Хотя у тех же аристократов и среднего класса порядки другие.

Вот уж кто относится к браку со всей серьезностью! Женятся маги поздно, перед этим как следует погуляв и насладившись жизнью, а после свадьбы становятся жуткими моралистами и предпочитают не попадаться на «горяченьком», соблюдая видимость приличий. И от невесты ждут чистоты и невинности. Считается, что именно в этом случае родовая магия перейдет к детям в усиленном виде. Так ли это или нет — не знаю. По крайней мере, так думал тер Гердин, а все мои знания о мире сводились исключительно к тем фактам, которые хранились в его памяти.

— Так что, Кейт, он назначил тебе следующую встречу?

Хельга заставила меня отвлечься от размышлений.

— Нет, — коротко ответила я.

Сестра хотела что-то сказать, но я быстренько пресекла ее порыв:

— Ладно, Хель, пойду. Нужно проверить, как там мои пациенты.

— Странная ты, Кэтрин, — задумчиво пробормотала Хельга. — У тебя одна только работа на уме.

Я не стала ничего отвечать. Улыбнулась коллеге и пошла к своей палате.

* * *Следующий день выдался напряженным. В лазарет снова пожаловала комиссия. Горн водил их по палатам, что-то объяснял, общался с ранеными, но у меня сложилось ощущение, что пятеро лордов, с мрачным видом расхаживающие по госпиталю и сующие свои носы в каждую щель, лишь делают вид, что интересуются больными. Взгляды, которые они незаметно бросали на Горна, выглядели довольно странными. Да и Каллеман казался встревоженным.