Превосходство Пробужденного. Том 3

— О, не говори… Всё! Свободен!

Старик кряхтит, встает, уходит не оборачиваясь.

Я же резко подскакиваю с кровати, мчусь к двери, напяливая на ходу обувь и брюки от «Гусей», закрываю ее на замок ключом, который стащил у доктора, пока он меня осматривал. Достаю из сумки рубаху, с корнем вырываю из воротника моток вплетенных нитей. Из шва достаю иглу, привязываю ее к нити…

Карцер. Шантаж. Ну-ну. Размечтались.

Изменяю материю иглы, делаю ее тяжелее. Отлично. Временная замена кунаев.

— Ну, чего уставились? — смотрю на камеру над головой, накручивая мельницу сильнее… еще сильнее… — Играть со мной вздумали?

Стражи за дверью оживают. В дверь что-то бьется с такой силой, что она натужно покрывается трещинами. Еще один-два удара и всё…

Мельница нагнетает воздух. От двери почти ничего не осталось. Повезло, что посадили меня в отдельную палату, как узника. Выдался момент, когда я остался один.

И если они думали, что я буду сидеть на месте, играя по мутным правилам, то сильно просчитались. Карцер, шантаж, принудительное сотрудничество.

Хоть я и обещал себе этот трюк больше не повторять, но… работает же.

Игла, весом в полкило, устремляется в камеру наблюдения, пробивая ее насквозь. Не то, чтобы уничтожать ее необходимо, но намекнуть о свой нелюбви к постоянной слежке надо.

Подбегаю к окну, открываю. Накидываю петлю нитей вокруг подмышек. Морозный ветер пробирает до костей, но я уже успел закалиться.

— Стоять! Не двигаться! Константин Киба, немедленно лечь на пол! На пол! — орут стражи за полуразломанной дверью.

Выстрел вроде и обычный, но сшибает дверь с петель так, будто в него въезжает бульдозер. Только со второй попытки я закидываю петлю на одну из многочисленных антенн и вышек 6G на крыше школы, меняю структуру нити. Под воздействием суммы, она поднимает меня наверх, как на лебедке. В подмышках болит: нити тонкие и режут сквозь рубаху и толстотканный пиджак, который я успеваю на себя накинуть.

Я оказываюсь на крыше ровно в тот момент, когда стражи вламываются в палату. Замираю на месте, слушаю:

— Окно! Он выпрыгнул из окна! Живо вниз! Выпускайте собак! Доложите начальнику! Константин Киба сбежал!

Хаос, крики. Школа оживает. Но вот я уже на крыше. Отвязываю петлю с иглой от одной из спутниковых тарелок. Пригибаюсь, чтобы не заметили снизу, иду на другой конец крыши, заглядываю вниз.

— Где он?! Куда он делся?! — слышу откуда-то снизу.

Хорошо, что вся территория школы вычищена от снега и под окном не видно следов. А то на свежем снегу, они бы сразу поняли, что не спрыгнул, а забрался наверх.

Стража вломилась в палату быстрее, чем я думал. А некоторые уже под окном, прочесывают местность. «Скоростники» в стражах имеются. И неплохие, судя по всему. Именно из-за них я не стал спрыгивать вниз. Так бы меня быстро поймали.