Рецепт свадебного пудинга

— Но я не давал Соне никакого повода! — резко воскликнул Марвин. — Это отвратительно чувствовать себя виноватым за то, чего не совершал. И я не раз говорил Соне, что для меня она только сестра и никак иначе. Я не скрою, сегодня утром она предложила мне стать любовницей. Я рассказал матушке, мы хотели подумать, что можно сделать. Но Соня решила всё за нас.

— А знаешь, что стало последней каплей? — спросила графиня и не дожидаясь ответа Марвина продолжила: — Она увидела, как Милли вбежала к тебе в кабинет, и как ты кружишь её на руках и целуешь.

— Да это был дружеский поцелуй в щёку! — возмутился Марвин.

 — Милли мне очень нравится, но ещё совсем девочка! Как можно выдумывать на пустом месте?! — продолжал негодовать он. — Не ожидал такого от Сони!

— У нас сказали бы, — продолжила графиня, — что это преступление совершено в состоянии аффекта (и Марина поняла, что графиня имеет в виду Землю), но как будут квалифицировать это дознаватели, я не знаю. Поэтому прошу вас, лорд Риверс, — снизошла леди до официального обращения, — проследить за ходом расследования и не позволить девице избежать наказания.

Естественно, когда беглянку найдут.

— Я согласна! Натворила — получай! С чего какие-то снисхождения?! Аффект там не аффект! Так можно все преступления оправдать!

— И, кстати, лорд Риверс. Советую сделать расследование тайным, чтобы избежать шумихи и сплетен в прессе, — добавила леди.

— Шерги болотные! — с досадой откликнулся Итон. — Тут вы правы, графиня.

— Райли! — раздался голос целителя. — Всё! Я сделал всё, что мог, но девочка впала в кому. Теперь всё зависит от её желания жить и от силы её организма. Можете перенести её в покои.

Всё что нужно сейчас я сделал. И, леди Мариенна, приготовьте мне место рядом с девочкой, я буду следить за её состоянием постоянно.

— Может вам нужна смена? Помощники? — спросила Марина.

— Да, было бы неплохо позвать ещё одного мага-целителя и выделить нам одну-две служанки.

— Всё, что скажете, магистр! — с готовностью откликнулась Марина.

И, хотя она старалась держаться, но известие о том, что Милли впала в кому и неизвестно, когда очнётся, здорово подкосило её. Райли же и вовсе побледнел и, кажется, даже с трудом дышал. Он только что случайно обрёл единственного в этом мире родного по крови человечка и был не готов его потерять.

Марвин же, вглядываясь в восковое лицо Милли вдруг осознал, что девочка дорога ему совсем не так, как он только что признавался отцу и матушке. Причём, дорога настолько, что он готов пожертвовать чем угодно, лишь бы она жила.

После того как Милли перенесли в её комнату и обустроили всё необходимое для целителей, все собрались в кабинете Марвина на совет. Положение было серьёзным. Разговор начала леди Зои.