Рецепт свадебного пудинга

Себастьян у Марины вызывал только дружеские чувства, а Фиби… Сейчас, поразмыслив, Марина поняла, что зря тогда обиделась на девчонку. Она же подневольный человек, что скажут, то и делает. Но если они поладят, то шансов скрывать от превора и от герцога что-либо у Марины станет гораздо больше.

— Ладно, Фиби, надеюсь, мы договоримся, — оптимистично высказалась Марина.

— Конечно, госпожа! — горячо и обрадованно откликнулась девушка. — Я буду очень стараться. А Салли вам подарочек передала, — вспомнила Фиби. — Я его в вашей комнате положила.

— Ну, пойдём, посмотрим, что там нам Салли передала, — и Марина открыла дверь своей комнаты.

«Боже мой!» — невольно воскликнула она про себя.

Это была комната в русском стиле. Безусловно старомодная по сравнению со временем, в котором жила Марина, но русская! И это дорогого стоило! Леди Зои хотела, чтобы Марине понравилось и ей не хотелось обижать хозяйку, безмолвно застывшую у двери и ожидающую похвалы и радости. Но тут Марина сразу вспомнила, что притвориться не получится: леди читает её, как открытую книгу, и она честно сказала:

— Это очень приятно, леди ЗОИ.

Правда, у нас сейчас немного другая мода, — не уточняя, где это «у нас». — Но мне всё равно нравится, — уверила она старушку.

— Я знаю, девочка. Наверное, это больше моя ностальгия, чем твоя. Но пусть это будет добрым напоминанием.

— Пусть! — согласилась Марина.

Графиня тихо вышла, а Марина с Фиби начали разбирать вещи. Но внезапно Фиби ойкнула и торопливо вернулась к столу.

— Вот, госпожа, Салли просила вам передать. Она сказала, что вы часто брали его в руки, когда жили в Рокингеме, но уезжая забыли взять с собой.

Марина обернулась и увидела, что Фиби держит в руках кристалл записи, и Марину внезапно озарило: это были снимки из жизни Мариенны до попадания в замок герцога.

Несколько детских снимков, родители, монастырская школа, будни и монастырские праздники. Мариенна обращалась к этим памятным снимкам часто, а Марина и не знала о них, поэтому и не взяла с собой, хотя сейчас вспомнила, что кристалл стоял на прикроватном столике.

— Иди, Фиби, спасибо тебе, — отпустила Марина служанку и направилась в приготовленную ванную комнату.

Это был второй случай, когда память прежней Мариенны открывала некоторые моменты её жизни, и Марина надеялась, что постепенно память этого тела к ней вернётся полностью.

Через час с небольшим Марина вышла в столовую совершенно готовая к новой жизни.

— Чем ты сегодня займёшься, дорогая? — графиня приступила к обеду и к допросу одновременно.

— Сейчас пойду к Милли. Если Райли дома договорюсь с ним по поводу дома Ченслера: осмотреть, прицениться и вообще.

— Понятно, я с тобой, — безапелляционно заявила графиня.

— Хватит, насиделась дома.