Романтическая ночь перед убийством

Помните, по телевизору сериал шел – «Просто Мария»? Вы смотрели? Нет? Напрасно! Такое душевное кино… Ну, так вот, она просто Мария, а я – просто Тамара.

– Ну, как вам угодно… Тамара, вы в этом доме давно работаете?

– Шестой год. Лариса Николаевна с Лексеичем при мне разводились.

– А почему они развелись, как по-вашему?

– Не мое это дело – хозяйское.

– Ну, а все-таки?.. Обещаю, что этот разговор останется между нами.

– Ой, ну я не знаю, говорить или нет… А Лексеичу это не повредит?

– Чем же это может ему повредить? Я ведь просто водителя его пропавшего ищу.

– А зачем тогда вопросы задаете про отношения Ларисы и Лексеича? Это вам в поиске, что ли, поможет?

– Тамара, я не знаю, что может помочь моим поискам, поэтому, вы уж извините, спрашивать буду обо всем. А вам, между прочим, Дмитрий Алексеевич велел отвечать на все мои вопросы! Так что там насчет развода ваших хозяев?

Тамара достала из плиты противень, протерла его тряпочкой, посмотрела на подходившее тесто.

– Они все из-за денег ругались. Сперва ругались, что денег нет, это еще до меня, но я догадалась… Потом из-за того, что не могли решить, куда и на что деньги потратить. Лариса говорила, надо купить одно, а Лексеич – другое. Она учила его, как надо магазином управлять, а он велел ей в бизнес не лезть, занимайся, мол, своей наукой. Она его пилила, что он деньги не туда вкладывает, а он… Ну, в общем, понятно? Вот они и цапались… Потом разошлись. Лариса ушла к какому-то хахалю… ой, извините, мужчине, а Лексеич вскоре взял в магазин продавщицу, Инну, а потом уж и сошелся с ней…

– А с Инной они как живут? Я имею в виду, не как с Ларисой?

Тамара вытерла руки полотенцем, налила себе чаю и присела, наконец, рядом со мной.

– С Инной они, конечно, не ругаются. Да и с чего им ругаться-то? Она сама по себе живет, он – сам по себе…

– Это как?! – опешила я.

– А так! У него свои заботы: магазин, склад, товар привезти, в налоговую съездить, еще куда. А Инна у нас то в парикмахерскую едет, то в этот… как его… фи… финес, что ли? Это где ногами дрыгают и прыгают под музыку. И так два часа, пока вся одёжа от пота не промокнет. А все для чего? Чтобы похудеть! Инна вот придет – вы на нее посмотрите: кожа да кости! Скелет ходячий! У меня тетка из немецкого концлагеря после войны такая же вернулась. Это же страх божий! А им там нравится. Это, они говорят, стройность. Ну, да, стройность! Стройнее – только велосипед! Нашу Инну скоро за шваброй не разглядишь, а она все худеет. Да если бы она в моей деревне жила – ни один мужик бы на нее не взглянул, не то чтоб замуж ее взять.