Романтическая ночь перед убийством

Так, о чем будем спрашивать Тамару… как ее, кстати, по батюшке?

– Не знаю. Мне она сказала, что ее зовут «просто Тамара». Как сериал «Просто Мария». Смотрел, Артем?

– Нет. А что, интересный?

– Я такое тоже не смотрю. Любовь-морковь… Такое ощущение, что подсматриваешь в замочную скважину к соседям: как там они живут? Кто женился, кто развелся? Кто кого бросил? Мещанство.

– А откуда тогда ты знаешь про Марию?

– Тамара сказала, уж она-то, по-моему, только такие сериалы и смотрит.

В коридоре послышались тяжелые шаги поварихи.

– И ее про девушку тоже спроси, – шепнула я Артему.

Тамара нерешительно заглянула в дверь:

– Да, да. Заходите. – Артем сделал приглашающий жест.

Тамара вошла в комнату и встала посередине, переминаясь с ноги на ногу.

– Да вы садитесь! – пригласил Артем, указывая на кровать. Тамара села на самый краешек. – Представьтесь, пожалуйста, – попросил он.

– Петрова Тамара, домработница.

– А по батюшке вас как величать?

Мы с Артемом переглянулись. И эта Матвеевна?

– Тамара Матвеевна, что вы можете сказать об Антоне Архипове?

– Это об Антошке, что ли? Только хорошее. Серьезный парень был, старших уважал, со мной всегда здоровался и за ужин благодарил. Вкусно, говорит, готовите… – Тамара вдруг всхлипнула, а потом тихо заскулила: – Такого парня убили! Ироды! Изверги! Мне Лексеич как сказал… я аж заплакала. Жалко мне Антошку!

Тамара вытерла лицо передником.

– Не знаете, Тамара Матвеевна, а девушка у него была?

Повариха испуганно посмотрела сначала на Артема, потом на меня:

– Не было. Когда ему с девками-то встречаться? Он работал допоздна.

Тамара опять немного занервничала при вопросе о девушке. Что это? Всех почему-то нервирует этот вопрос, хотя что здесь необычного? Молодой, здоровый, симпатичный парень просто обязан был иметь как минимум подругу. Ему ведь не пятнадцать лет! И не монахом же он работал у Василевского? Деревенские вообще серьезно относятся к этому вопросу. Он, по-хорошему, должен был уже и о женитьбе подумывать.

– Значит, не было, говорите? – сказала я таким тоном, чтобы Тамара поняла: я очень сомневаюсь в ее словах. – А свою ванную комнату вы давно убирали?

Домработница посмотрела на меня удивленно:

– А п-причем здесь… Давно… Мне не до своей ванной, я хозяйскую почти каждый день драю… а свою уж так… иногда. Мы ведь только с Антоном ею и пользовались.

Я встала и вышла из комнаты. Артем еще о чем-то спросил Тамару, а я направилась в конец коридора. Вот она, последняя дверь. Я открыла ее и увидела ванную для обслуги. Здесь были унитаз, раковина и душевая кабина. Все недорогое, простенькое. Бежевая кафельная плитка на стенах, коричневая – на полу. Над раковиной – зеркало с полочкой. Все довольно чистое, видно было, что пользующиеся туалетом люди весьма аккуратны.