Роза

Когда я читала описания внешности Шоша, я представляла себе Светлану: женщина с азиатскими чертами и темными загадочными глазами. Я думала о горе, где стоял туберкулезный диспансер, который был полной противоположностью швейцарскому курорту.

Я думала о тьме, о которой так много пишу. Тьма – это место, из которого все мы появляемся. Чрево матери, небытие. Я думала о тьме, и мне хотелось, чтобы тьма заняла свое место в мире не как нечто страшное, а как то, что хранит в себе жизнь.

Я часто спрашиваю себя, куда прячется тьма, когда наступает день? Она здесь всегда, и она никогда не уходит.

Наконец я обнаружила полотно Кристиана Крога с изображенной на нем девочкой, умирающей от туберкулеза. В руках она держит вялую розу. Светлана назвала свою дочь Валентиной. На последних месяцах беременности она говорила, что хочет назвать девочку Розой.

Это имя пошло бы и самой Светлане, в нем много красоты. Пусть книга будет носить это имя.

За эту книгу я, прежде всего, благодарна Валентине Музафаровой, дочери Светланы. Перед тем как начать, я связалась с ней и попросила разрешения писать книгу о ее матери. Мне было неловко просить об этом, ведь память Валентины о ее матери радикально отличается от моей. Но Валентина дала добро, и я восхищаюсь ее щедростью.

Я благодарна Ксении Щениной, которая помогает людям с туберкулезом получить нужное лечение. Ксения консультировала меня по всем вопросам, связанным с туберкулезом. Я надеялась написать книгу о туберкулезе, но по мере написания осознала, что эта книга прежде всего о свободе.

Я благодарна Алине Бахмутской, которая говорила со мной о Светлане. Многие мысли, принадлежащие ей, стали моими и теперь есть в этой книге.

Я благодарна моей подруге Тане Худяковой, которой я показывала рукопись, а она с интересом читала ее и давала обратную связь.

Я благодарна редактору художественной серии издательства «Новое литературное обозрение» Денису Ларионову. Отправляя ему рукопись, я чувствую радость. Я знаю, что не каждому автору удалось встретить своего редактора.