Рождённая в ночи

От натиска Велеста она сначала растерялась, она не ожидала, что он наброситься на неё, но маленький бесёнок, который периодически просыпался в ней, шепнул, что внутренне она ждала проявления его сексуальной агрессии.

А он и, правда, был агрессивен.

Одна его рука распласталась на спине, и требовательно прижимала к широкой груди, другая бесцеремонно вторглась в волосы, захватила в плен голову, лишая её возможности вырваться.

Его губы терзали и мяли её губы, требуя, чтобы она подчинилась и впустила его вглубь рта. Он не давал ей ни одного шанса на свободу.

Сначала Лана испугалась, как было всегда, когда он начинал к ней прикасаться. Но, то ли она начинала к нему привыкать, то ли сама хотела этих прикосновений, но она подчинилась, удовлетворив его требование.

Она вцепилась руками в его пиджак и приоткрыла губы. И снова Велест зарычал, теперь довольно.

Его язык вторгся в глубину её рта и принялся исследовать. Он проводил языком по её губам, вступал в легкую атаку с её языком, посасывал его, постепенно возбуждая её. Голова у Ланы закружилась, сердцебиение участилось.

Рука Велеста потянула её за волосы, заставляя откинуть голову назад. Как только ему стала доступна белоснежная шея молодой женщины, его глаза потемнели, стали почти черными, а клыки удлинились. Он не собирался прикасаться к ней, не собирался заниматься сексом, но её прикосновение лишило его самообладание. Теперь в нем говорил зверь, жаждущий обладания желанной плоти.

У него возникла крамольная мысль оцарапать нежную кожу, пустить кровь…. Нет, нельзя! Не сейчас! И он удержался от искушения. С трудом, но удержался. Его больше интересовало другое.

Его рука нашла грудь, и одним движением распахнула пиджак. Пуговицы с глухим звоном покатились по полу. Лана вздрогнула и протестующее пискнула, но было поздно.

Было слишком поздно. Свободная рука Велеста жадно сжала грудь девушки, причиняя легкую боль, а губы снова атаковали её рот.

И тело Ланы сотрясла дрожь. Она не понимала, что делает. Не понимала, где находиться. Комната кружилась перед глазами, и она беспомощно их прикрыла. Остались только губы Велеста, которые одновременно грубо ласкали и дарили удовольствие. Низ живота заныл в сладостном искушении.

Велест почувствовал, что она начала робко отвечать ему. Её запах окутал его с головы до ног, член напрягся и требовал, чтобы его выпустили наружу и дали вволю насладиться обещанной плотью. И на этот раз Велест был намерен довезти дело до конца.

Он разорвал зубами лямку бюстгальтера и довольно заурчал, когда увидел мягкую округлость большой женской груди. Он оказался прав — Лане противопоказано носить бесформенные свитера. Подобную красоту необходимо облачать в достойные одеяния.