Седьмой Рубеж V (СИ)

Особого эффекта его крик не дал. Разве что Валид немного встряхнулся и дико осмотрел остальных членов отряда. Поймав взгляд коменданта и увидев в них трезвый разум, маг указал на Риджада. — Останови его!

В этот момент Валун уже поднимал руку, с зажатым в ней шлемом. Сам Бальд рванул с пояса кинжал и метнул его в Ридру. А дальше события полетели галопом. Кинжал угодил рукоятью в лоб молчуна. Сила удара чуть развернула его на месте и готовый к броску меч улетел в сторону Кастора. В воздухе мелькнула массивная тень и шлем Валида ударил в грудь Риджада. Капитан выронил себе под ноги артефакт, а из готового лопнуть кокона грянул злобный рёв.

Золотая корка практически исчезла, но кровяная плёнка уже была настолько толстой, что за ней ничего не было видно. Один из южан лежал на полу в луже собственной крови, которая быстро утекала в сторону барьера. Джил начал меняться. Тело главы рода раздалось вширь, на загривке показались блестящие пластины. Одновременно с этим, началось движение внутри кокона. Запертая в нём тварь попыталась вырваться, но у неё ничего не вышло.

Круг Джила соединял с коконом Дирека толстый красный жгут, который постоянно что-то прокачивал через себя. Чем сильнее менялся Джил, тем больше становилось похоже на человека существо в коконе.

В какой-то момент давление на разум Бальда резко прекратилось. В стороне грянул взрыв. Артефакт Гараза откатился за пределы круга и только это его спасло от гибели. Возникший на пути убийственной магии барьер погасил взрывную волну. Остальные смотрели на происходящее так, словно впервые оказались в заклинательном покое. А потом с громким хлопком лопнула кровяная плёнка вокруг кокона и на пол рухнул Дирек. Он тут же попытался подняться, но ноги его не слушались. Тогда герцог пополз к Джилу, который уже превратился в уродливого монстра.

— Убей меня, седжар… — послышался задыхающийся рык южанина.

Замок Миар. Заклинательный покой.

— Убей меня, седжар… — проревело мне в лицо жуткое чудовище, в которое превратился Джил. Глава рода южан выкачал в себя весь объём мутаций, который был предназначен для меня, но распределились они неравномерно. Уродливая пасть была перекошена в одну сторону, правый глаз остался почти человеческим, а остальная часть лица покрылась синей чешуёй. Тело продолжало меняться, превращаясь во что-то ползучее. Ноги и руки прилипали к телу, образуя единое целое.

Джил сделал практически невозможное. Он сумел вмешаться в ритуал воссоединения, не нарушив его ход. Южанин, пожертвовав одним из своих родичей, принял предназначенную мне судьбу. Грёбанный один процент отличия, глубоко упрятанный в моём новом теле, оказался тем самым камнем, который должен был сорвать лавину изменений.