Шелковые слова

Ничего общего с беременностью это не имело. Это вообще было не физическое ощущение, а скорее чувственное. Нечто сродни радости и любви поднималось в ней, словно дремавший до поры до времени вулкан, готовый вот-вот извергнуться. Лейни наслаждалась этим чувством. Оно пугало ее, ибо делало уязвимой, но в то же время было слишком восхитительным, чтобы от него отказаться.

— Процесс развивается несколько быстрее, чем я предполагал, — сообщил им доктор Тейлор на следующий день, когда Дик, забрав ее из школы, привез на прием. Теперь он сопровождал Лейни повсюду и даже отвозил ее на работу и с работы, потому что не хотел отпускать одну за рулем. — Возможно, роды начнутся раньше времени.

Дик стиснул ее ладонь, и Лейни робко ему улыбнулась.

— Но ведь вроде бы все в порядке, или нет? — спросила она у доктора.

— Да-да, — горячо заверил тот. — Лишнего веса вы набрали совсем немного, однако плод очень крупный.

— Лейни ведь ничего не угрожает, нет? — прямо спросил Дик, буравя доктора взглядом, заставлявшим свидетелей в суде трепетать от страха.

— Нет, но я бы хотел, чтобы отныне она была предельно осторожна. Как можно больше отдыхайте, приподняв ноги, когда приходите домой из школы. Не переутомляйтесь. — Доктор взглянул на Дика и откашлялся. — Вероятно, вам следует воздержаться от… э-э… ну вы понимаете.

Оба, Дик и Лейни, покраснели, вспомнив события предыдущей ночи.

— Да-да, конечно, — торжественно пообещал Дик с видом раскаявшегося мальчишки в воскресной школе.

— Увидимся на следующей неделе, — сказал доктор, прощаясь с ними.

Если он считал, что его предупреждения облегчат Лейни жизнь, то глубоко ошибался. Его предостережения сделали ее жизнь просто невыносимой. Дик суетился вокруг нее словно курочка-наседка. Хорошо еще, позволял ей самостоятельно чистить зубы. Он доводил ее до отчаяния, требуя осторожно вести себя в школе, и даже взял за правило во время большой перемены подъезжать на машине и со стоянки, через улицу, наблюдать за ней, пока она гуляла с детьми. Мольбы Лейни прекратить все это Дик попросту игнорировал.

На четвертый день этих мытарств Лейни оставила школьников на попечение одной из учительниц, откровенно забавлявшейся происходящим, и отправилась на другую сторону улицы выяснять с ним отношения. Распахнув дверцу машины, она заявила:

— Дик, ты просто смешон! Все считают, что ты рехнулся, и я в том числе.

— Лейни, зачем ты поднимала этого ребенка и сажала на качели?

— Ты меня не слушаешь? — рассерженно спросила она и топнула ногой.

— А это пальто достаточно теплое? Не хочу, чтобы ты простудилась.

— Ну ладно, сам напросился.

— Что ты делаешь? — встревожился он, открывая дверцу, после того как Лейни с треском ее захлопнула и целеустремленно зашагала обратно к зданию школы.