Школа Лысой Горы. Тайны Калинова моста.

– Для некоторых и десяток лет – короткий срок, – веско обронила она, пристально заглянув в глаза Игната. Тот нахмурился, отодвинул тарелку, поблагодарил за обед и ушёл в свою комнату.

– Чёрная кошка промеж вами пробежала? Вы и вернулись из города не вместе, – проворчала Агафья. – Иди, я сама со стола приберу, чай не совсем одряхлела ещё. Хуже нет, когда в доме тянется и тянется тихая ссора, уж лучше покричать и помириться.

– Да мы не ссорились, – неуверенно возразила Василиса и без энтузиазма постучала в закрытую дверь. С друзьями не хочется скрытничать, но не всегда себе можно позволить откровенность.

Игнат стоял, рассматривая привезённую от дочери коллекцию бабочек, которую та собирала в детстве. При переезде в новую квартиру она хотела выкинуть старые картонки с пришпиленными на них бабочками, но Игнат забрал их себе и повесил на бревенчатую стену своей комнаты. Капустницы, крапивницы, павлиний глаз – собрание не содержало экзотических экземпляров, которые не водились бы в окрестностях, но память дороже раритетов.

– После аптеки я заезжал в отделение полиции (между прочим – единственное в нашем городке), и там никто не слышал ни о тебе, ни о потерявшемся мальчике, – обронил Игнат. – Куда ты его дела?

– Не поверишь: в тёмный густой лес отвезла, чтоб он сгинул в чащобе, – проворчала Василиса, которой как никогда в жизни вдруг захотелось быть правдивой и искренней.

– Судя по тому, как быстро ты добралась до дома, ты и вправду прямо от банка на всех парах рванула прочь из города. Василиса, что происходит? Раньше я понимал, что ты страшно нервничаешь из-за странной гибели отца, из-за того, что тебя втянули в шпионские игры, да ещё из-за галлюцинаций места себе не находишь. Ты честно рассказывала мне обо всём, я старался помочь чем мог, разве не так? После выписки из больницы ты приехала к нам горюющая и печальная, что опять-таки было понятно: ужасное предательство близкого друга семьи пережить непросто. Затем ты вернулась в школу, и прошедший месяц вновь сильно изменил тебя. Ты вроде как успокоилась, тебя перестали мучить фантастические видения, но твои оптимизм и жизнерадостность померкли, ты будто мигом повзрослела на десяток лет. Твои глаза по-прежнему светятся приветливостью и добротой, но в тебе появилась скрытность. И сегодняшний ребёнок этот странный... Он словно узнал тебя...

– Ну, можно сказать, узнал, – поморщилась Василиса, но её попытки придумать что-то вразумительное нетерпеливо перебили:

– У тебя больше нет галлюцинаций?

– А раньше они действительно были? – пытливо глянул Игнат, и у Василисы язык прилип к горлу. Она закашлялась, не в силах соврать, и отвернулась к окну.