Шут и слово короля

Все берега были запружены народом, люди кричали, пели, а когда проплывали под городскими мостами, в сторону Аллиель летело столько цветов, что пажам и стражникам пришлось защищать от них невесту — иначе что станет с ее свадебным платьем?

— Да здравствует король! Король шут!

— Да здравствует королева!

— Ее величество Аллиель — королева шутов!

Под конец прогулки имя Аллиель выкликали особенно часто — узнали же откуда-то…

Эдин забавлялся: если пропускать мимо ушей совсем редко мелькавшее слово «шут», то и правда недолго вообразить себя королем. Когда-то еще придется?

Завершилось все пиром и балом, которые предполагались и так, но нежданно стали свадебными.

Стол шута, за котором сидели новобрачные, обильно украсили белыми цветами, которых так много росло в саду королевы. Кука, как обычно, старался за всех, веселя короля и его ближних, Эдин же и не пытался ради этого раскрывать рот. Не мог, да и не хотел. В конце концов, это его свадьба. Зато с Раем, который опять сел рядом, они без труда сговорились обо всем, что нужно.

Новобрачным пришлось открывать бал, и многие были удивлены — король-шут умел танцевать так, словно бывал на балах регулярно.

Мало того, он теперь и держался, как владетельный лорд! Это любопытно, по меньшей мере…

И еще это неправильно. Шут должен вести себя как шут, иначе зачем он нужен?

Может, король Герейн тоже об этом подумал, потому что заметил:

— Обязанности короля круглосуточны. Я надеюсь, что наш король-шут тоже завтра возьмется за свои обязанности.

Королева Астинна тихонько спросила у Ильяры:

— Ну что, дорогая, рассмотрели? Я имею в виду, короля-шута без грима. Так кто вам больше по нраву, он или ваш жених?

— Он неплох, — рассеянно ответила Ильяра, — хотя в гриме был лучше.

Как-то загадочнее. Но все же я предпочитаю моего жениха, потому что хочу стать принцессой Кандрии, а не королевой шутов. К тому же мой жених станет Великим Хромым Королем, верно?

— Хоть вы радуете меня своей разумностью, дорогая.

Наконец время настало. По знаку королевы придворные дамы увели Аллиель, а еще через полчаса Рай сказал:

— Ну, давай, жених, тебе пора. Пошли.

И они, под смешки и традиционные напутствия со всех сторон, двинулись за распорядителем. А бал, естественно, продолжался.

Им выделили комнаты прямо над королевскими — да, неожиданно. Здесь было полно стражи, и вообще, довольно людно.

— Ладно, успеха, — напутствовал Рай перед дверью, — а я пока принесу веревку.

Дверь открывалась в переднюю комнату, за ней — спальня. Аллиель уже была одна, сидела в ночной рубашке на краю кровати. Волосы рассыпались по плечам, а сорочка — просто пена из кружева и оборок.

Очень медленно Эдин подошел, опустился на колени и прижался щекой к коленям Аллиель.

Всего несколько минут — это же ничего?..