Сибирская амазонка

— Сашка, — Алексей обнял мальчика за плечи, — ты брось меня рыбалкой соблазнять. Скажи лучше, струхнул нас к Шихану проводить?

— Ничего я не струхнул! — Сашка отодвинулся от него.

Карие глаза сердито сверкнули исподлобья. — Меня ратники не тронут, а с вас шкуру непременно спустят, как с этого… в очках, — кивнул он в сторону видневшегося из-за верхушек деревьев остроконечного пика. — Они нас еще на дальних подступах встретят. У них посты повсюду расставлены. Заметят и начнут перекликаться, свистеть и деревянной колотушкой бить. Бух! Бух! Сигналы подавать, значитца, что чужаки в тайге появились. Ближе, чем на три-четыре версты к Шихану все равно не подпустят. Вам что, с дядькой Иваном жить надоело?

— Гляди-ка, — изумился Алексей, — ты, оказывается, много чего о ратниках знаешь, что ж раньше молчал? Отец не велел болтать?

Сашка отвел взгляд и пожал плечами. Потом недовольно произнес:

— Вы с дядькой Иваном мертвого разговорите. Я же для вашей пользы осторожничаю. И что нам батя скажет, если мы с Шуркой вас в тайге растеряем? В руки ратников попадете, живыми не выберетесь. Они через реку мост из веревок навешивают и если уберут его, то со стороны реки к скиту в жисть не подобраться. Там настоящая крепость…

— Так там еще и крепость? — поразился Алексей. — Ты точно знаешь? А то я думал, что это тоже из области местных преданий?

— Какие там предания! Все как есть правда! — махнул рукой Сашка и, слегка помедлив и оглянувшись на балаган, добавил:

— Мы в прошлом годе с Шуркой почти к самому мосту подобрались, да только Родион нас словил и чуть уши не открутил.

— Родион? Это что ж, один из ратников?

— Ага! — оживился Сашка. — Старший брат Евпраксии.

Ему медведь ногу порвал, так он теперь все больше на коне, а пешком вовсе бы нас не догнал, потому что хромает сильно.

— Та-ак! Значит, Родион… А кого еще из ратников ты знаешь?

— Евпраксию! Ее в тот раз в крепости не было, а то бы плеткой посекла. Она — злая, а Родион — добрый, он только уши надрал…

— Александр, — Алексей строго посмотрел на мальчика и уточнил:

— Так ты и вправду не побоишься проводить нас к Шихану?

— А что бояться? — пожал тот плечами. — Это вам с дядькой Иваном бояться надо, а с нас какой спрос? Разве что уши надерут. С батей они побоятся ссориться.

— А я думал, это батя твой их боится.

Казачок насупился и сердито сверкнул глазами.

— Батя никого не боится, и с ратниками у него договор есть помогать друг другу, если беда какая случится. А в дела друг к дружке не лезть.

— Понятно, — протянул задумчиво Алексей, — только об этом я и сам уже догадался.