Сталин и разведка

Эти и подобные по смыслу высказывания коммунистических лидеров воспроизводились английской прессой и запугивали обывателя — потенциального избирателя на предстоящих парламентских выборах. Требовалось найти еще какой-то камешек, который окончательно склонил бы весы на сторону консерваторов.

И тут подсуетился Орлов, сделавший выводы из предыдущей неудачи и подготовивший новые фальшивки на более высоком уровне, с привлечением такого мастера шпионажа, как знаменитый Сидней Рейли.

Тут я должен сделать небольшое авторское отступление. Известно, что в 1925 году Рейли заманили в СССР, где он участвовал в заседании легендированной организации монархистов (их всех изображали чекисты).

После заседания он написал две открытки своим друзьям, чтобы подтвердить, что был в Москве. По пути, когда его везли на вокзал (а в действительности во внутреннюю тюрьму ОГПУ, о чем он не знал). Рейли бросил эти открытки в почтовый ящик. Они были конфискованы и приобщены к делу.

Несколько лет назад, знакомясь с делом Рейли, я обратил внимание на то, что одна из открыток адресована в Бланкенбург, крошечный городок в Германии (я помнил это название: после войны, в октябре 1945 года, проходил там сборы командиров взводов).

Почему в Бланкенбург, а не в какой-нибудь столичный город? А сейчас, читая материалы на Орлова, я узнал, что у него было неподалеку имение. Так не перед ним ли, своим приятелем, который не преминет доложить об этом шефам в германской и английской разведках, хотел Рейли похвастаться своими успехами? Вполне возможно, хотя это только гипотеза.

Итак, Орлов подготовил новую фальшивку, которая оказалась в английском МВД, а оттуда в мае 1924 года была передана в Форин офис.

Это было письмо за подписью Г. Зиновьева, якобы направленное из Москвы в адрес ЦК компартии Великобритании.

Письмо выглядело как инструкция по организации первомайских демонстраций в Лондоне с целью «помочь успешной работе» советской делегации, что стало бы «большим шагом на пути развертывания революционного движения в Великобритании». В случае перерыва в переговорах следовало организовать выступления рабочих с целью оказать давление на правительство. На организацию всей работы Коминтерном ассигнованы финансовые средства (без указания суммы), которые находятся у одного из членов советской делегации.

Некоторое время спустя Форин Офис получил из МВД второе «письмо Коминтерна», датированное мартом 1924 года. Английских товарищей информировали, что член советской делегации Томский уполномочен вести дела с британскими коммунистами. Содержалось также предложение использовать факт визита советских представителей в Англию для «революционизирования британского рабочего класса».