Старшеклассник без клана. Апелляция кибер-аутсайдера 5 (СИ)

— Если бы вы не рубанули связь, — указываю взглядом на собственный концентратор, — я бы сейчас опекунше позвонил и открыто спросил.

— На две трети ниже, — полицейский сообщает ещё одно число. — А почему спрашиваете?

— Шутите?! В этом мире совсем не так много производителей, которые выдадут подобный уровень... Даже не производителей, — перебиваю сам себя, размышляя вслух. — Пользователей. Штука наверняка паленая и делали её точно не здесь.

— Соображаете. Откуда?

Хотя мы и по-прежнему стоим на месте, спрашивает он без напряжения. Предполагаю, не в последнюю очередь потому, что я — это HamQualCon, а скорость обращения к информации у этого парня запредельная.

Надеюсь, я сейчас не ошибаюсь с завышенной самооценкой.

— Когда вступал во владение пакетом, — рисую пальцем в воздухе логотип HamQualCon, — от электронного правительства приходили уведомления. Почитал кое-что по законодательной базе.

— А ведь это закрытая информация, — спокойно сообщает темнокожий. — По идее, негражданину недоступная.

— Какая? Что ломать замок нужно более мощной машиной?!

— Нет, конкретные показатели комплексов, — он слегка озадачивается.

— Что именно производится здесь, а что импортируется — дальше списка цэ не разглашается.

Знать бы ещё, что у них тут за иерархия грифов — сколько пунктов и каких.

— Да проверяйте, сколько хотите, — отмахиваюсь с чистой совестью. Мне действительно нечего скрывать. — Я лишней информации ни у кого никогда не просил, по крайней мере, на тему государственной тайны, — последние слова выделяю насмешкой. — Доступ у вас наверняка есть. Уж мои-то пакеты от электронного правительства...

— Я вижу, что вы говорите правду, — перебивает он меня.

— Не поделитесь соображениями? Вот вы только что выяснили, что на этом объекте работала импортная техника. Каков дальнейший ход ваших мыслей?

— Занятный у нас разговор получается, офицер. Такое ощущение, что я пишу контрольную, а вы — тот старшеклассник, который у меня её списывает.

— Вы — очень большое исключение, — чеканит он. — И я пока не определился, как строить с вами работу.

— А не хотите обменяться намерениями?! — исключительно под влиянием внезапно проснувшейся интуиции, добросовестно озвучиваю, что думаю. — Иду ва-банк. Я спросил вас для того, чтобы лично, без опекунов или близких понимать: что произошло и как с этим бороться в будущем.

— А почему вы считаете, что мишень — вы?

— Шутите снова? Кажется, вы меня прямо сейчас ведёте на опознание тела матери.

— Вы очень хорошо держитесь, просто на зависть, — он словно зондирует почву перед собой.

— Скажу словами одного писателя моей родины: голову пеплом я посыплю позже и в другом месте. Что там на тему мишени?

— У вас иллюзия собственной грандиозности. — Полицейский по-прежнему серьёзен.