Светлая ведьма для Темного ректора (СИ)

— Когда ты вот так меня обнимаешь, я могу хоть горы свернуть! — прижимаю сына к себе и тихо говорю ему на ухо.

Этот егоза слезает с колен и подпрыгивает:

— Няня сказала, что у драконов один глаз во-о-от такой огромный! — он разводит руки в стороны, чтобы показать весь масштаб глаза.

Я отвлекаюсь на секунду — только чтобы взять документы из комода. Темный требовал их вечером. Идти к нему очень не хочется, но если не сделаю этого, с Темного станется самому зайти ко мне, чтобы узнать, почему его приказы не выполняются. Я и так подзадержалась. Сбегаю, отдам и вернусь.

Быстро.

Внезапно взгляд Аллана становится расфокусированным. Он моргает несколько раз, зрачок становится вертикальным, а на кистях рук появляются тонкие чешуйки. Не может быть! Пять лет — это слишком рано для первого превращения. Слишком неожиданно. Документы выпадают из моих рук.

Кидаюсь к Аллану и обхватываю щеки своими ладонями. Заглядываю ему в глаза и тихо-тихо шепчу:

— Сынок, милый, — я выпускаю немного света, чтобы вернуть его в сознание. — Я рядом. Ничего не бойся, возвращайся ко мне.

По лицу Аллана пробегает волна чешуек, а взгляд становится все более драконьим.

Он цепляется за мои руки своими пальцами, на которых уже появились когти. Хочет убрать мои ладони, царапает до крови.

Мне нельзя сейчас сдаваться. Он не должен от меня уйти. Если сознание не удержать, то он уйдет в неконтролируемый оборот. И это будет конец. Как для Аллана, так и для меня. Не переживу, если с ним что-то случится.

Я чуть сильнее вливаю свет, прикасаюсь губами к его лбу. Хватка его пальцев ослабевает. Они соскальзывают с моих исцарапанных предплечий и безвольно повисают. Аллан обмякает у меня в руках.

Мне повезло на этот раз. Я была рядом. Я смогла достучаться. А что будет, если в следующий раз не выйдет?

Слезы страха и безвыходности подступают к глазам, в горле образуется ком, который я никак не могу проглотить. Судорожно вдыхаю и тихо хлюпаю носом, прижимая к своей груди уставшее детское тельце. Аллан тихо и спокойно посапывает во сне — откат от приступа.

Переношу его на кровать и аккуратно укрываю. Поддерживая аккуратно голову сына, вливаю в него зелье, которое должно на сутки стабилизировать его состояние.

Но сейчас никто бы мне не смог точно сказать, сколько продлится эффект. В книгах описаны два случая превращения детей в драконов. Никто из них не выжил.

Сердце сжимается и, кажется, даже перестает на какое-то время биться. Никак не могу отойти от Аллана. Вглядываюсь в его лицо, будто боюсь увидеть хоть малейшие признаки того, что снова начинается приступ. Но сын мило улыбается во мне и прижимает к себе фигурку дракона, которая непременно должна лежать рядом.

В тишине слышно, как потрескивают свечи.