Священник

Господь сотворит великие чудеса и знамения, чтобы фараон отпустил нас.

— Наша мать молилась, чтобы ты был Божьим избранником, — Мариам снова обняла Моисея. — Когда тебя спасла дочь фараона, мама была уверена, что Бог сохраняет тебе жизнь для какой-то великой цели.

Темноглазая Сепфора сидела рядом со своими сыновьями, взволнованно наблюдая за происходящим из угла комнаты.

Потом сыновья Аарона обошли всю землю Гесем — часть Египта, отданную евреям несколько веков назад, где они теперь жили в рабстве. Они сообщили старейшинам Израиля, что Бог послал им избавителя и они должны собраться, чтобы услышать слово от Господа.

В это время Аарон и Моисей разговаривали и молились. Аарон видел, как его брат старается побороть страх перед правителем Египта, своим народом и Божьим призванием. Моисей почти ничего не ел, и с утра он выглядел более уставшим, чем вчера, когда отправился спать. Аарон, как только мог, старался его ободрить. Теперь он не сомневался, что именно ради этого Бог послал его навстречу Моисею. Аарон любил своего брата. Его присутствие давало ему силы и желание служить.

— Моисей, ты скажешь мне слова, которые Бог говорит тебе, и я произнесу их.

Ты не пойдешь к фараону один. Мы пойдем вместе. И, конечно, Сам Господь Бог будет с нами.

— Но как ты не боишься?

Не боится? Может быть, просто не так сильно. Моисей рос во дворце, не страдая от физического насилия. Он не знал, что значит жить, только и мечтая о том, чтобы Господь вмешался, как обещал. Он не жил в окружении других рабов и близких, которые искали поддержки друг у друга, помогая один другому прожить очередной день. Чувствовал ли Моисей когда-нибудь, что он любим, кроме первых лет своей жизни у материнской груди? Сожалела ли дочь фараона, что усыновила его? Какие последствия принесло ей неподчинение фараону, и как это отразилось на Моисее?

Аарон понял, что, будучи в плену собственных переживаний, мелких обид и детской зависти, он никогда раньше об этом не задумывался.

В отличие от Моисея, он не рос приемным сыном дочери фараона и не жил среди презиравших его людей. Может быть, Моисею пришлось научиться держаться в тени и мало говорить, для того чтобы выжить? Аарону не приходилось жить между двумя мирами, ни один из которых не принимал его. Ему не приходилось искать принятия и любви своего собственного народа и встретить их ненависть. Ему не довелось убегать от обоих народов — египтян и евреев, ища прибежища среди чужого племени, чтобы остаться в живых. Он не проводил долгие годы в одиночестве в пустыне, пася овец.

Почему он никогда раньше об этом не задумывался? Неужели только сейчас он смог понять умом и сердцем, какой была жизнь Моисея? Теперь Аарона переполняло сострадание к брату.