Табу на любовь

Дарья обошла меня, скользнула между стеклом и моим напряженным телом. Запрокинула голову. Застыла в ожидании.

— Осталось немного, и ты будешь весь мой! — с придыханием прошептала она.

Я взглянул в ее лицо. Красивое. Порочное. Идеальное.

Женские руки скользнули под пиджак, легли на мои бедра.

Интересно, как она поведет себя, если велю делать минет прямо вот так, стоя на коленях перед окном-витриной у всех на виду и с незнакомым мужиком за стеной? Агент все еще маячил в коридоре и прекрасно видел нас с Дашей.

Невеста прочла мой вопрос во взгляде. Видел ее замешательство. Секундную борьбу. Кончик языка скользнул по приоткрытым губам. А умелые пальцы легли на пряжку ремня.

— Езжай домой, Дарья, — приказал я, не шевелясь.

Не хотелось продолжения. Мечтал видеть совсем другую макушку перед собой. Строптивую, готовую сражаться со мной до конца. А не ту, что по первому щелчку пальцев отсасывает на виду у всего города.

— Я соскучилась, Ромааа! — выдохнула она, прижимаясь ко мне. — На мне нет белья… Мы могли бы…

Ее голос ломался. А я вспомнил другой. Он, как наваждение, звенел в моих мыслях, креп и оглушал своей силой.

— У меня дела, Дарья, — осадил я невесту, небрежно отстранил послушное тело от себя и спокойно вышел.

Явно слышал мысли невестушки. «Мудак!» — кричала она. А я лишь улыбнулся.

Знала бы, Дарья Геннадьевна, насколько ты права!

Должно быть, моя секретарша и бессменная помощница подумала, что ее шеф сошел с ума. А охрана решила, что после минувшего отравления и побоев от руки Барсука у меня случилась утечка мозгов.

А чем еще объяснить то, что я распустил охрану, а секретарю приказал отменить вечерние встречи с партнерами? Все, до единой.

С самого утра день не задался. И я планировал, что вечер все события с лихвой компенсирует.

Утром меня не отпускал дурацкий сон. Раттана, совершенно голая, гуляла по лесу. А я, точно ручной цепной пес, терся рядом. Фигурка девчонки была реалистичной и умопомрачительной, я трахал ее, погружался в отзывчивое тело, и готов был взорваться лишь от мысли, что она жаждет принять меня.

Почти так и вышло. Очнулся я от того, что «передергиваю» в собственной постели. Как долбаный сопляк, мечтающий о фотомодели с обложки.

Лежал, невидящим взглядом сверля потолок. Понимал, что это всего лишь сон. А воздуха все равно не хватало.

Рукой вновь сжал каменный «стояк». Мне катастрофически была необходима разрядка. Но перед глазами появилась Ратти в обнимку с Барсуком.

— Гребаный козел! — проорал я в потолок.

Ни хрена не вышло! Мое тело без вмешательства моего мозга решило, что кончит оно только в одну единственную девку.

— Докатился, млять! — ругался я, встав в душ под ледяные струи воды.