Все, что мы когда-то любили

Только успела подумать: «Как же я его люблю! Как я могла подумать плохое? Нет, не его – их! Я люблю своего сына и своего мужа. И все у нас будет прекрасно». В эту минуту она в это верила.

* * *"

"До полудня набегавшись по процедурам, решили отдыхать. После ужина прогулка по роскошному ухоженному старинному парку. Минут сорок, не больше. А потом Марек пойдет смотреть футбол – начинался чемпионат мира. А Анна – с большим, надо сказать, удовольствием – улизнет к себе в номер. Там ее ждут хороший роман, чашка крепкого чая и стакан малины, купленной накануне на маленьком деревенском базарчике.

Лучшее времяпрепровождение трудно придумать.

Только одно омрачало – звонок Амалии. Раз в три-четыре дня она звонила сестре и никогда этот разговор не был легким.

Амалия долго не брала трубку – обычная история. Наконец взяла. Голос был недовольным.

– Задремала перед телевизором, – хмуро сказала она. – А ты, как всегда, разбудила!

Извинившись, Анна задавала дежурные вопросы: «Как самочувствие? Как поживает Тадеуш? Приходит ли Алиция, его сестрица, обещавшая помогать и не бросать золовку в беде? Ну и вообще – какие новости?»

– У меня одни новости, – недовольно и ворчливо отвечала сестрица.

 – Руки болят, попробуй переверни его три раза в день. Ночью сплю отвратительно, сама знаешь, как это, вставать по пять раз. Накормить сложно, капризничает. Стирки навалом, памперсы все пропускают. А эта… – Амалия презрительно фыркнула. – Ну ты ее знаешь! Прибежит как подстреленная, выпьет подряд три чашки кофе, а потом начинает ныть и жаловаться на сердце. Помощница из нее еще та. Поохает, покряхтит у его постели, порыдает: «Бедный мой братик!» Попричитает: «И за что тебе такое досталось?» Видеть ее не могу! Нарыдавшись, заявит, что голодна: «Чашка бульона меня вполне бы устроила». Ну а потом, как обычно, бурчит про наследство: родительский дом в Тыньце надо продать, дают хорошую цену. Машину тоже – «зачем вам машина?». Ее можно отдать Збигневу, ее дорогому сыночку. В память о дяде. Как тебе? А потом так случайно, невзначай, по сто первому разу: «Тебе, случайно, не попадались мамины серьги с бриллиантами?» В общем, мне хочется ее придушить, наверное, этим и кончится.

Анна смеялась. Все-таки счастье, что при таких обстоятельствах Амалия сохранила чувство юмора, иначе и вправду не выжить.

– Ну а как у тебя? – Голос Амалии снова стал пренебрежительным, с холодком: – Как проводите время?

– Лечим старые кости, – усмехнулась Анна. – Грязевые аппликации, ванны, кислородные коктейли. Словом, всякая санаторная ерунда, обычная и довольно скучная. Гуляем по парку, пьем кофе, болтаем.

– Не наболтались еще, – фыркнула сестрица.

Эту реплику Анна пропустила мимо ушей.