Все, что мы когда-то любили

Он не вскочил со стула, не стал кричать, размахивая руками, бегать по дому, как делал всегда, если считал, что она ляпнула полную глупость. Он не назвал ее глупой козой, не покрутил пальцем у виска, не назвал сумасшедшей. Ничего этого не было – Марек молчал.

Анна дрожала, как при высокой температуре."

"Не выдержала.

– Что ты молчишь? – закричала она. – Скажи что-нибудь!

Он поднял голову и посмотрел ей в глаза.

– Ты права, Анна.

Она видела, с каким трудом даются ему эти слова.

– Ты права, – повторил он. – Что-то не то с нашей жизнью. Я тоже думаю об этом. Но считаю, что просто прошло мало времени.

Анна медленно покачала головой:

– Может, Марек. Просто мы с тобой… сломались позже. После всего.

– Ты гонишь меня? – тихо спросил он.

– Какое я имею на это право? – удивилась она.

– Тогда дай мне время, Анна. Время, чтобы разобраться. И еще, если честно, я думал об этом. И думал о том, что я без тебя не смогу.

– Сможешь, милый, сможешь. Это тебе так кажется. И еще проживешь вторую счастливую жизнь.

– А ты? – усмехнулся он. – Ты тоже собираешься прожить вторую счастливую жизнь?

Улыбнувшись, Анна пожала плечами:

– Кто знает, Марек? Но в тебе я уверена! И еще я уверена, что мне не нужна эта вторая счастливая жизнь.

В ту ночь он спал на диване в гостиной, в их спальню он не пришел. Обиделся или провел окончательный водораздел между ними?

К разговору они вернулись спустя неделю, и начал его Марек:

– Ты всегда была сильнее меня, да и всех остальных. Сильнее, смелее и правдивее. Ты сказала то, о чем я и подумать боялся.

Анна прижала руки к груди. Сердце билось как сумасшедшее.

– В общем, Аннушка, – он отвел глаза, – ты права. Не будем ничего загадывать, но сегодня… Сегодня ты права. Спасибо, что ты нашла силы. Я бы не смог.

Анна кивнула.

– Ты молодец, Марек. Надо иметь смелость согласиться с этим. Знаешь, мне кажется… тебе надо отправиться в путешествие, все равно куда, лишь бы уехать. И хорошо бы не на неделю, а на приличный срок. Ты сможешь решить этот вопрос на работе?

Марек пожал плечами:

– Не знаю.

Но через пару минут осторожно добавил:

– А может, нам отправиться вместе?

Анна покачала головой и твердо ответила:

– Нет.

Через месяц он уехал в Израиль. На этом настояла Эстер. Во-первых, несколько лет назад в Израиле, в Реховоте, нашелся выживший после восстания в Варшавском гетто ее двоюродный брат – это было невозможным, нереальным чудом. Во-вторых, близкий, еще школьный друг Марека Йоси теперь обретался в кибуце. Ну а в‐третьих, Эстер мечтала, чтобы сын побывал на Земле обетованной, земле их предков.