Тайны ночи

«Он что, собирается посвящать меня в какие-то семейные тайны?» — испугался Бренд.

— Камень, — произнес сэр Дигби.

— Камень. В мочевом пузыре. Всю жизнь он не давал мне покоя. Я и не думал жениться с этой штуковиной, пока не встретил Рози. Несколько лет назад мне его вырезали — я согласился ради нее и испытал большое облегчение. Но иногда операция… Ну, вы понимаете… Э… хочу, чтобы вы знали, милорд: я исправно исполняю свой супружеский долг.

— Ни секунды в этом не сомневался.

— А Уильяму досталась несчастная жена, — продолжал сэр Дигби, вновь наполняя свой бокал.

 — Пять выкидышей и двое мертворожденных. Ужасное испытание для мужчины. Когда она умерла, я не стал настаивать, чтобы он женился во второй раз. Я еще надеялся, что Эдвард возьмется за ум. — Он осушил свой бокал и огляделся. — Кстати, где его черти носят? Ладно, садитесь, милорд. Начнем без него. Подавайте обед! — гаркнул он. Видимо, в этом доме было принято требовать еду криком, ибо в ту же минуту в гостиную торопливо вошла экономка с супницей в руках.

Бренд сел за стол, надеясь, что еда прервет откровения хозяина.

Но не тут-то было!

— Я переживаю за Венскоут, — проговорил сэр Дигби, заправляя салфетку под галстук. — Если со мной что-то случится, Рози, конечно, не останется без средств к существованию, но мне горько думать, что Венскоут попадет в руки этих мрачных зануд.

Бренд взял тарелку с супом из рук пышнотелой горничной, бюст которой грозил в любую минуту вывалиться из лифа платья.

— Коттериты — хорошие фермеры, — заметил он.

— Да, я согласен, но они слишком суровые христиане. Иисус накормил пять тысяч человек, — сказал сэр Дигби, ломая свой хлеб и бросая кусочки в суп, — а эти сектанты смотрят на хорошую пищу как на продукт дьявола.

Господь пришел на свадебный пир и превратил воду в вино, верно? А они не празднуют свои свадьбы и не пьют вина. И какие же они после этого последователи Христа, спрошу я вас?

Бренд не нашелся с ответом, а потому налег на суп.

— Они распашут сад Рози… А, вот и Эдвард! Что-то ты припозднился.

Племянник осторожно сел за стол.

— Прошу прощения, дядя. Я читал Библию.

— С шорами на глазах. Ладно, ешь суп, если это не слишком большой грех для тебя.

Овертон склонился над тарелкой и стал внимательно изучать ее содержимое, но в конце концов съел несколько ложек. Как потом оказалось, суп был единственным, к чему он притронулся. Пока меняли блюда, он медленно жевал хлеб и запивал его разбавленным пивом.

Сэр Дигби покраснел еще больше — как предполагал Бренд, не столько из-за собственного обжорства, хотя умял он немало, сколько при виде того, как ел его племянник. Бренд от души жалел, что принял это приглашение.