Только с тобой (СИ)

Опять странные вопросы на тему Игната, непонятные упреки. В какой-то момент папа не выдержал, и они с мамой снова поругались. Наговорили друг другу кучу гадостей, хотя на самом деле, никто так не считал. И от этого становилось больно. Чувство вины заползало под кожу. Нашептывало неприятные вещи, шкрябало по венам и оставляло отпечатки.

Я ушла в университет, громко хлопнув дверью. Находиться в квартире было невыносимо. Лилька последовала моему примеру, только напоследок кинула маме, что, мол, своих бы дочерей она так любила, как лелеет Игната.

На занятия я опоздала. Прозевала автобус, и пришлось ждать лишних двадцать минут. На зачете вытянула плохой билет, и, если честно, справилась кое-как, а может меня и вытянули просто. Нужно было повторять, а не гулять. Однако жизнь слишком коротка, чтобы задумываться обо всех вещах одновременно.

В обед пришло сообщение от Кирилла. И я поняла, на моей улице вышла радуга. Только вот полюбоваться не получилось. Появилась куратор и припахала меня студенческой деятельностью.

Без сил и всякого желания, я возвращалась домой уже вечером. Так и не ответила Соболеву, а еще получила пять пропущенных от Игната. Он продолжал просить о встрече, только мне совсем не хотелось на нее соглашаться. Все уже решено. По крайне мере для меня. Если бы он не нажаловался маме, то и моя не вела бы себя столь странным образом. Сколько всего негативного случилось из-за одного поступка. Безусловно, моей вины больше. Если бы я вообще не согласилась на эти отношения, то сейчас солнышко, казалось бы, теплей.

Дома меня встретили мама с папой. Они сидели на кухне с видом тяжелым и озадаченным. Будто решался вопрос о покупке жилья в ипотеку на лет эдак сорок. Папа то и дело качал головой, а мама, закинув ногу на ногу, нервно постукивала ногтями по столу. Заприметив меня оба, напряглись, и это немного насторожило.

— Арин, — начал папа, прочистив горло. Его голос немного хрипел, но звучал уверенно. — Присядь.

— В чем дело? — Осторожно поинтересовалась я, усаживаясь на стул. Родители переглянулись, будто обменялись внегласным диалогом, затем вновь вернулись ко мне.

— Мама больше не будет лезть в твои отношения с Игнатом, — быстро отчеканил отец, на одном дыхании.

— Но! — Вставила родительница свои пять копеек, строго стреляя в меня взгляды-молнии. — Ты обещаешь, что завтра утром вы поговорите с Игнатом.

— Ма, — попыталась возразить я, но папа меня перебил.

— Арин, ты взрослая девочка. Бегать от парня неправильно. Объясни ему все и закроем на этом тему. Больше он порог нашего дома не переступит.

— Зачем это? Зачем мне с ним говорить?

— Игнат не последний человек тебе, вы год были вместе. Я не знаю, что в один момент поменялось в ваших отношениях, что пошло не так, но… — мама замолчала.