Туфельки для мамы чемпиона (СИ)

Не стесняйся по-французски говорить или по-английски. — Юля, ей скорее русский понадобится, — пан Михал надевал шинель. — Ну, за русский я вообще не переживаю. Идите с Богом.

Беата вышла из дому, отец подал ей руку, помог сесть в служебную машину.

По лестнице в зал Беата поднималась на ватных ногах. Держалась за локоть отца. Военный оркестр играл что-то легкомысленное. Фокстрот, кажется. Дамы в вечерених туалетах и бриллиантах чинно прохаживались под руку со своими кавалерами. — Дочь, пойдём, представлю тебя своему начальству. Мы с министром давно знакомы.

Пан Михал кивнул в сторону группы мужчин.

Большинство — высокие военные чины, судя по лампасам и погонам. И двое в смокингах с бабочками. По дороге вложил в руку дочери бокал с шампанским. — Один можно и даже нужно, — ласково глянул на Беату, — Ты очень красивая. И кажется, все это тоже заметили.

Беата опустила глаза. — Смотри смело! И выше нос! Ты же моя дочь! Девушка распрямила плечи. — Вот так. Пойдём. Улыбайся и просто будь собой. Я уверен, ума у тебя больше, чем у большей части присутствующих дам, — отец пожал холодные пальцы Беаты.

— Оу, кто к нам пожаловал! Ну, здравствуй, друг дорогой! — рослый генерал армии обнял пана Михала, похлопал по спине, — Товарищи, прошу любить и жаловать — Михал Торочинский — начальник авиационного учебного центра и мой давний друг.

А эта юная пани, полагаю, пани Беата Торочинская. Михал, ты где такую красавицу прятал? И куда вы дели пани Юлию? — Юля приболела, но тебе, Войцех*, приветы прислала. И звала вместе с Барбарой в гости.

Пока мужчины приветствовали друг друга, Беата рассматривала остальных. Свита министра — сплошные лампасы. А вот двое в смокингах, судя по манерам, дипломаты.

Один в годах, но подтянутый и стройный. Второй — молодой, загорелый и умными серыми глазами.

Он смотрел на Беату поверх голов военных. И улыбался совершенно по-мальчишески. Беата поймала его взгляд, не удержалась от ответной улыбки и тут же смущённо уткнулась в свой бокал.

— Добрый вечер, прекрасная пани, — раздался у неё над ухом мужской голос спустя несколько секунд.

Мужчина говорил у неё из-за спины, чуть наклонившись. Беате пришлось обернуться и снова встретиться с ярко-серым взглядом из-под длинных ресниц.

— Позвольте представиться, Збигнев Зимовский, сотрудник министерства иностранных дел нашей страны, — Вы не скучаете здесь? — Беата Торочинская, студентка факультета иностранных языков, — она с трудом удержалась от книксена, — Я ещё не успела заскучать. Мы с отцом только пришли. — Ваш отец военный лётчик, верно? — Пан дипломат разбирается в военной форме? — шампанское уже ударило в голову. Щеки порозовели. Язык развязался. Впрочем, со Збигневом было очень легко. Она не чувствовала себя привинциальной дурочкой.