Удержаться на краю

 – Тот пожал плечами: – А вживую – придется подождать, тут реанимация, сюда им нельзя.

– Гаденыш ты, Ленька.

Мила чувствует, что устала. Кто-то напал на нее, только она не знает почему.

Или знает, но забыла. Теперь надо быть осторожной и защитить Бруно.

Бережной понимает: некоторые вещи нужно делать, несмотря на то что они вызывают отвращение.

А ситуация с Татьяной Рудницкой вызывала в нем внутреннее отторжение – просто потому, что он не хотел и много лет избегал всего, что хоть косвенно касалось его покойной сестры.

Но он понимает, что деваться некуда, тем более ситуация касается одного из его лучших офицеров.

Его заместителя и друга. И Люба, совсем недавно появившаяся в его жизни, нуждается в защите. Нет, она никогда не скажет этого, да и сама, возможно, не осознает, она ведь самостоятельная и гордая, привыкла сама все решать… Бережной вздохнул, вспомнив о Любе, – конечно, он обязан позаботиться о ней, его родители именно этого хотели бы.

«Если бы все сложилось иначе, они бы этих девчонок обожали. – Бережной подошел к окну, за которым просыпался от зимнего сна город. – Да, весна уже, как-то быстро… Родители гордились бы Надиными успехами в живописи, мама ведь в молодости тоже неплохо рисовала.

Это потом, после смерти Оли, перестала, потому что, отец говорил, рисовала она только Олю, причем ладно бы живую – чаще всего она рисовала именно похороны, мертвого ребенка в гробу, и это было невозможно выносить… Но вышло так, как вышло, и теперь Надя мертва, а Люба в опасности. Понимает ли она сама? А вот откуда эта опасность исходит… Черт, надо уже разобраться с этой мерзкой хабалкой, и все, есть дела поважнее. Соберись, Андрей, и просто сделай это, не сажать же ее, в самом деле».

– Надо сказать Васильеву, чтоб поскорей провел допрос.

Виктор Васильев, бессменный напарник Реутова и по совместительству его лучший друг, он, как никто другой, подходит для деликатного дела. Васильев не обладал такой совершенной мужской красотой, как Реутов. И вообще при взгляде на его простоватое лицо и коренастую фигуру не возникало даже мысли, что он опасен, особенно когда Виктор простодушно улыбался и принимался болтать о том о сем. Но это как раз и было опасно, потому что майор Васильев обладал отличными навыками следователя, его мышление было именно полицейским, и не стоило обманываться его мягкими манерами и любовью к поглощению пива.

Все это не мешало Виктору успешно работать в полиции, расследовать сложные, запутанные дела и добиваться успеха там, где он, казалось, был невозможен. Васильев был весьма хитроумен, но это знали только те, кто работал с ним над делом. Ну и преступники, конечно, тоже узнавали, чего стоит добродушная улыбка и сочувственные расспросы майора Васильева.

– Вить, если ты еще в управлении, зайди ко мне.