В обратную сторону

Саша заводит мотор и мягко трогается с места, и только после этого я отвечаю:

— Ты справилась на отлично. Лаврова чуть инфаркт не хватил от твоей красоты. Перевозбудился старик не на шутку. Всю скатерть слюной закапал, и джинсы наверняка пришлось менять.

— Ну тебя, — толкнув меня плечом, смеется Каримова. — Ты его сам провоцировал. Вел себя очень неприлично, — шутливо грозит пальцем, имея в виду мои откровенные поползновения в ее строну на глазах у побагровевшего Лаврова. — Думаешь, он не видел, как ты мне под юбку под столом лез?

— Не только видел, но и завидовал жутко, — невозмутимо заявляю я, закинув руку на плечо Лейлы, прижимаю ее к себе, плотоядно улыбаюсь, глядя в разрумянившееся лицо. — Тебе не понравилось?

— Что именно? — озадачивается Каримова, не совсем поняв вопрос, и мне приходится сделать уточнение.

— Женщинам льстит, когда их хотят. Разве нет?

Положив ладонь на мою ширинку, Лейла округляет глаза, губы складываются в хитрую улыбку.

— У кого-то каменный стояк. А тебя самого это заводит, Коваль, — делится она со мной своими выводами, игриво поглаживая через ткань возбужденный член.

— Да, Леа. Меня это заводит, — не вижу смысла отпираться. Нам давно пора шагнуть дальше. Легкомысленная улыбка сползает с полных губ, как только до нее доходит, что мы сейчас ни фига не прикалываемся. Лейла растерянно моргает, одёргивая руку.

— Что именно? — настороженно повторяет она недавний вопрос.

— Могу показать, что именно, — предлагаю я тоном искусителя и, не дождавшись ответа, дергаю ремень на брюках, расстёгиваю молнию и приспускаю боксеры.

— Дим, может, не надо мне ничего показывать? — с легким испугом шепчет Каримова, таращась на освобожденную тяжелую эрекцию и на мои пальцы, ловко раскатывающие презерватив.

— Снимай платье и забирайся, — шлепнув ее по заднице, приказываю жестким тоном. Теперь мы оба абсолютно серьезны. Автомобиль резко съезжает на обочину, двигатель глохнет.

— А он? — почти беззвучно лепечет Лейла, кивая на моего водителя. — Может, перегородку…

— Саша будет смотреть. Ты ему нравишься, детка, — хрипло говорю, помогая обескураженной блондинке избавиться от платья. — Пусть полюбуется, — накрыв ладонями упругие полушария, сдавливаю их между собой, растирая большими пальцами плоские соски. Они мгновенно отзываются на ласку, превращаясь в меленькие камушки. Наклонившись, я прихватываю один губами, жадно посасывая и подразнивая языком. Лейла шумно вздыхает и, приподнявшись, стаскивает с бедер платье вместе с трусиками. Абсолютно голая залезает на меня сверху и сдавленно стонет, опускаясь на мой член. Взяв девушку за бедра, я насаживаю до упора, наблюдая, как от удовольствия плывет ее взгляд.