Безбашенная

 — Хочешь я ему позвоню и скажу, что он идиот?

Начинаю лениво угорать… А вот хочу!

Но нет… не хочу, на самом деле.

— Не надо. Я ему уже всё написала в книге отзывов и предложений.

— Реально? — угорает Ожников.

— Абсолютно.

— Завтра почитаю!

— Поехали.

— Жень… Мне нужно позвонить ему. Это будет правильно. Я скажу, что ты со мной."

"— Это твоё дело, Ожников! — отстраняюсь я. — Но я тебя прошу… Он хотел отдохнуть от меня. Пусть ОТДЫХАЕТ!

Встаю с дивана, Чеширский провожает меня до двери. Обуваюсь.

— Термос, теплая куртка, каремат, спальник.

Забираю свой рюкзак и ключи от его тачки с тумбочки.

Подожду его в тачке.

Глава 24 — Индуцированный психоз (ч3)

Открыв Санину тойоту, я бросаю рюкзак на заднее сиденье и включаю зажигание, чтобы прогреть машину. Через некоторое время Ожников, тоже одевшись спортивно, садится за руль.

— Куда?

— Пока прямо…

— А там?

— А там, я тебе ТАМ скажу, — снова съезжаю я с прямого ответа, немного кайфуя от его раздраженного любопытства.

Посмотрев на время, прикидываю, что прибудем мы часикам к двенадцати ночи.

В самый раз!

— Ты позвонил?

Я не планировала спрашивать ни секунды, но мой рот, видимо, живет какой-то самостоятельной жизнью. Ожников, спасая мою волю от разложения игнорирует мой вопрос. Это и к лучшему! Не хватало еще, чтобы я начала расспрашивать окружающих о его самочувствии и переживаниях. Этого Олег точно не оценит.

— Спасибо! — благодарю его я, пожимая руку, которая лежит на рычаге коробки передач.

Закатив глаза, он цокает языком.

— И вот хрен же тебя разберешь, что ты имеешь в виду.

— Не надо разбирать… — хихикаю я. — Люби так!

— Люблю… — улыбается он. — Как тебя можно не любить? Давай, рассказывай мне что-нибудь жизнеутверждающее.

— Сегодня — смертеутверждающее, — поправляю я его. — Хочу обменяться с тобой опытом. Ты умирал когда-нибудь?

— Нет, — качает он головой. — Не умирал, но много раз я ждал смерти.

— Когда воевал?

— Обстрелы… — кивает он. — Мы спали под обстрелами. В любой момент… В общем, я научился жить в ожидании, без эмоций. Но ранен не был ни разу. Ребята говорили — везунчик, — грустно усмехается он. — А ты?

— Пару раз… Но сильно запомнился первый. Там было ясное сознание, и я запомнила все подробности, которые были там… за барьером. Когда ты выходишь из тела.

— Расскажешь?

— Да, — киваю я.

Это хорошая вводная для нашего сегодняшнего время провождения.

— Мне было восемь, кажется. Я утонула. Подробности самого процесса не буду, там всё банально, но вот дальше… Как только тело отключилось, и я перестала испытывать дискомфорт от воды в легких, сознание резко прояснилось. Щелчком. И меня начало топить в каком-то странном звуке — это было очень громко.