Безбашенная

* * *Одеяло ползет вниз, и его руки аккуратно исследуют мое истерзанное тело. Беззвучно хныкая, я прячусь от его рук, поджимая колени и переворачиваясь на бок.

Зачем они меня трогают…

Крис что-то тревожно шепчет, а его пальцы съезжают ниже, и я чувствую, как что-то холодное и жгучее касается моей расцарапанной кожи.

Вздрагиваю и громко втягиваю воздух через сжатые от неприятных ощущений зубы.

— Всё, всё… — успокаивающе шепчет он, закрывая меня одеялом. — Не трогаю.

Его пальцы замирают на моем плече, прожигая четыре горящих точки…

Пусть…

* * *Не знаю сколько человек… Чувствую несколько….

Переругиваются… агрессивно спорят… очень хочется всех успокоить… всё же уже хорошо…

И пить хочется очень….

— Александр Владимирович? — слышу я голос Крис. — Это Литинская Кристина Сергеевна… тётя Жени Тумановой… Она в больнице… жуткая ангина… мхм… Давайте, найдем способ перенести комиссию? Справки? Всё будет! Спасибо Вам огромное, Александр Владимирович! Обязательно передам!

* * *— Почему она не просыпается!? — Крис. — Сутки!

— Шок."

"Моя ладонь в его руках. Так же, как и тогда после больницы, он сидит у моей кровати, спиной ко мне. Не вижу, но чувствую, слышу. Ощущаю, как иногда он прикасается губами к моей ладони.

— Он изнасиловал её?

Чувствую ладонью, как вздрагивает его лицо.

— Олег! — требовательно.

— Как я должен проверить?! — зло рычит он.

— Врача…

— Стрессовать ее еще сильнее я не буду. Она и от моих рук прячется.

Мне хочется сказать им, что ничего не было, и чтобы они успокоились, но полотно сна меняется с белого на черное, и с черного на белое. И я забываю, чего мне хочется.

— Олег…

— Уйди, Крис.

— Приляг, поспи с ней.

— Никто больше не будет с ней спать…

— Аронов, не гони! — сердито шепчет ему Крис. — Это тут при чем?!

— А ты не видишь, что она ребенок еще? Посмотри внимательнее! Я один это вижу?!

— Олег, она просто… похудела очень. И…

— Что «и»? Выглядит на тринадцать?!

— «Выглядит»! Не является! Не надо загоняться, Олег.

— Уйди. Ты ничего не знаешь о ней.

Вырубает. Фоном слышу их переругивания.

Его губы на моих пальцах, он шепчет мне что-то успокаивающее.

Я постанываю. Всё затекло. Сил двигаться так и нет. С трудом разлепляю веки, всё плывет.

Вижу его синий-синий взгляд, тревожно ищущий что-то в моем.

— Попить…

И пока я делаю еще пару глотков, он гладит меня по волосам. Всё начинает снова уплывать.

— Моя маленькая…

И мне, как маленькой хочется сказать ему, что я уже взрослая. Но его слова так пронзительно открыты… Что я начинаю действительно чувствовать себя маленькой. Из моих глаз зачем-то текут слезы.

Чувствую его пальцы. Он аккуратно убирает пряди волос с моего лица. Мне очень хочется отключиться от его чувств. Они рвут мою грудную клетку, болезненно отдавая в живот страхом.