Витязь 2

Вскоре подошли князь с княгиней. Но я попросил обождать с допросом, пока не подойдёт Ольга, заверив, что это очень важно и касается её в первую очередь. Тесть с тёщей переглянулись, но согласились с моей просьбой. Они вообще ко мне благожелательно относятся. Причём настолько, что порой мелькают мысли, а не обернётся ли для меня это чем нехорошим. Вот не собираюсь я забывать о том, что жениться меня заставили силой, а значит, если посчитают, что для рода будет полезно избавиться от моей тушки, то именно так и поступят.

Когда все собрались я предложил Тарасовой рассказать всё то, что она недавно рассказала мне.

Женщину трясло от страха, голос дрожал и она запиналась, но лукавить не стала и поведала всё как оно было. И по мере её рассказа, лица присутствующих становились темнее тучи.

Я даже забеспокоился, как бы князюшка не решил шарахнуть по мне, чем-нибудь поувесистей. Отчего раз за разом активировал предвидение раскрутив его на максимальные восемь секунд. Мой «Панцирь» даже с полным зарядом не сможет противостоять его «Копью» способному выдать эквивалент полутора тысячам единиц. А о глядишь и больше. Так что, только уворачиваться, и никак иначе.

— Не верю! Ложь! Ты лжёшь, тварь! — выкрикнула Ольга.

Она настолько возбудилась, что вскочив метнула в пленницу «Копьём». Той и «Стрелы» за глаза. Да чего уж там, и слабенькая «Булава» вбила бы рёбра в лёгкие. Но на пути рун встал я, уже знавший о предстоящем. Боевая цепочка беспомощно осыпалась по мне льдисто-голубоватыми всполохами.

Я же врезал ей кулаком по скуле. Не в полную силу, но достаточно качественно, чтобы отправить перевозбудившуюся жену в нокаут. Не хватало только, чтобы она грохнула Тарасову.

Я ей конечно безопасность не гарантировал, но дураком нужно быть, чтобы не использовать столь ценного кадра. Если что, гипнотизёры столь же редки в этом мире, как и в моём, а уж мастера такого класса как она, и подавно.

— Никита Григорьевич! — вскочила тёща.

— Тихо! — взревел тесть. И уже спокойно, — Аня, помоги Оле. Кирилл Аркадьевич, выведите эту от греха. Но недалеко.

— Слушаюсь. — С готовностью отозвался начальник охраны, подхватывая пленницу.

— Никита… Молодец. — После короткой заминки, одобрил мои действия князь.

Ольга пришла в себя стоило только матери склониться над ней.

Обе женщины воззрились на меня, как на врага народа, готовые порвать как тузик грелку. Князь прошёл к буфету и открыв остеклённую дверцу достал пузатую бутылку коньяку и стопку. Глянул на меня, и прихватил вторую. Молча выставил на стол, вынул пробку наполнил обе и кивнул мне. Посмотрели друг другу в глаза. Чокнулись. Выпили. Как вода, честное слово.

— Больше никогда не поднимай при мне руку на мою дочь. Убью. — Угрюмо произнёс тесть.

— Иначе было никак. Она убила бы её.