Война. Часть 1 (СИ)

— … Хорошо, слушай, мне предыдущее больше нравится, — пытаюсь помочь в трудном выборе, подруга презрительно кривится, — Наша воздушно-десантная бригада успешно высаживается в тылу германских войск и вырезает весь штаб армейской группы, который защищает почему-то только кавалерийский полк. Наш истребитель таранит аэростат, который несёт бактериологическое оружие. И всё вышеперечисленное происходит в первые двенадцать часов войны. Я даже не говорю о технике: у Шпанова немецкие автожиры в количестве ста штук сбрасывают мелкие бомбы с высоты 8000 метров, на строй наших стратегов, идущих на тысячу метров ниже со скоростью 500 километров в час. Пусть даже его фантастическая паровая турбина по недоразумению и разогнала бомбер до таких скоростей, формально это законов физики не нарушает, но винт автожира на восьми тысячах не работает…

— Это, — счастливо улыбается подруга, — ну, нет так нет, значит будем исправлять. Мне не всё равно, что будет написано в книге из серии «Библиотека командира».

— … И ведь технически грамотный человек, учился в Петроградском политехе, — не могу остановиться я, — и всё пальцем в небо. Вот взять Алексея Николаевича Толстого, чистый гуманитарий, а какая проработка технических деталей. Какой дар предвидения. Манцев перед смертью оказывается работал над рентгеновским гиперболоидом с ядерной накачкой! Потрясающе, мне вообще нечего добавить или исправить… Удалась у него третья книга.

— А как тебе линия с Хлыновым? — перебивает Оля, — студент-химик, кто бы мог подумать, что он из органов… а как он мастерски обрабатывает Зою Монроз… Впрочем, это было не трудно, она безумно в него влюблена…

— Пропустил? — смеётся подруга, видя моё недоумение, — эх ты, скорочей.

— Ты же сказала, чтобы я проконсультировал Толстого по техническим вопросам…

— Тебе образ студента, оказавшегося сотрудником госбезопасности и крупным учёным, ничего не напоминает? — ядовито улыбается Оля, — нет, а как они с Зоей ликвидируют Гарина, как уничтожают гиперболоид, похищают его чертежи, взрывают шахту на «золотом острове», оставляют с носом иностранных агентов?

— Немного странным показалось, что они с Зоей на родину через Париж полетели, где шёл матч за первенство мира по шахматам между Алехиным и Левенфишем…

— Он же нас с тобой в романе вывел!

«А ведь точно, в Париже, очень кстати революция нарисовалась…. и в Германии, и в Чехословакии… Роллинга взорвали, значит и в Америке она не за горами… Хорошо хоть не Гитлера, но всё равно жирный троллинг… и вишенка на тортике — Хлынову с Зоей в Кремле ордена Ленина вручает Киров… На фоне Мировой революции, картин мирной, роскошной жизни, царства труда, науки и грандиозного искусства».