Война. Часть 1 (СИ)

— Да с чего вы взяли, что всё дело в весе затвора? — не сдается главный конструктор, — я склоняюсь к тому, что трение между затвором и ствольной коробкой большое, на качество обработки поверхностей повышать…

— Пробовал я, Павел Иванович, — качает головой Симонов, — почти что не влияет…

— Так, товарищи, помощь ваша нужна, — прерываю я спорщиков, — я буду называть вам напряжение, а вы дайте мне знак когда стрелка на циферблате сравняется с этим значением. Вот прибор… двенадцать и шесть десятых вольта!

— «Быстро справились и пяти минут не прошло».

— Это что? — Дегтярёв приникает к экрану.

— Перемещение, а сейчас ускорение затворной рамы, — щёлкаю тумблером.

— Погоди, оставь… что я тебе говорил, Серёжа, — старик победоносно поворачивается к Симонову, — смотри как твоя затворная рама резво стартует, а потом также резво тормозит! Лёгкая она! А нельзя ли, Алексей Сергеевич, добавить им весу?

— У меня тут приведённая масса, могу увеличить или уменьшить вес рамы, по отношению к затвору.

— Давай сначала увеличим, а потом уменьшим…

— То-то! — радуется как ребёнок Дегтярёв по завершению экспериментов, — затворную раму ты переоблегчил! Науке-то ты веришь?

— А-а, куда ни кинь, всюду клин, — сокрушается Симонов, — сниматься надо с конкурса, военные на утяжеление оружия не пойдут, да и не успеть мне уже.

— Почему нельзя облегчить затвор, а затворную раму оставить как есть? — с опаской задаю я вопрос.

— Потому что размер затвора определяется диаметром шляпки гильзы, которую затвор должен перекрывать, — повесил голову Майн, — самый очевидный путь — уменьшение калибра, но тут будут возражать не только военные, но и производственники. Я даже больше скажу, кроме нас конструкторов — оружейников никто не выступит за.

— Спокойно утяжеляй раму на сколько надо, — Дегтярёв медленно поднимается с кресла, упираясь руками в колени, — я поговорю с Фёдором Васильевичем, похоже, что у него та же загвоздка с затвором, что и у вас, Сергей Гаврилыч. Вместе попросите отсрочку.

12 декабря 1938 года, 23:30.

— Зачем Хозяин вызывал? — под нашими с подругой ногами пронзительно поскрипывает снег, поблёскивая в свете фонарей.

Во внутреннем дворе огромного здания немноголюдно, но почти все окна светятся в ожидании глав семейств, чей рабочий день заканчивается далеко за полночь.

— Заслушивал наш с Курчатовым доклад о ходе работ.

— Болеет, ангина у него, ты бы посоветовала ему какую-нибудь микстуру или чем она там лечится?

— Пенициллином лечится, — хмурится Оля, — только кто на себя сейчас ответственность такую возьмёт, а вдруг аллергическая реакция.