Волшебный компас Колумба. Неизвестный шедевр Рембрандта

 – Не давайте волю рукам!

У Веригина было такое чувство, что он по ошибке взял в руки ядовитого дохлого паука, который плохого уже никому не сделает, но все равно противно. Он с трудом подавил желание вытереть под столом руки.

– Вы по какому делу? – сухо спросил он. – Садитесь и излагайте! Только коротко!

Мужчина все так же молча сел на неказистый стул, женщина же осталась стоять.

– Что у вас с пожаром в доме Самохина? – отрывисто спросила она. – Что там с трупом?

– А почему вас это интересует? – медленно спросил Веригин. – У вас к этому дому и этому трупу какой интерес?

Что в самом деле – приперлись без приглашения, да еще так разговаривают по-хамски! С чего это он должен докладывать этой бабе все подробности дела?

– Вячеслав Самохин проходит по нашему делу, подробности я вам сообщить не могу, – процедила Соколова.

Майор хмыкнул – чего там, все подробности он уже и без нее знает. Наехали на Самохина по полной программе, видать, не угодил он кому-то влиятельному, вот теперь и хотят бизнес отобрать. Что ж, он в эти разборки на высшем уровне встревать не собирается, ему бы со своими делами разобраться.

– Нас интересует труп, что найден в сгоревшем доме, – требовательно продолжала Соколова, – вам известно, чей он? У вас есть заключение эксперта?

Она попыталась схватить у него со стола заключение, но майор придержал его твердой рукой.

– Что-то я не успел прочитать, из какой вы организации… – начал он задумчиво.

– Слушайте, Веригин, это уже переходит всякие границы! – Голос ее в крике был похож на звук железа, скрежетавшего по точильному камню. – Вы обязаны показать мне заключение!

– Пока не получу приказа от своего непосредственного начальства, я вам ничего не обязан, – твердо ответил Веригин.

– Хорошо, вы его получите, но вы пожалеете, что сами не пошли на сотрудничество! – Она уже тыкала сухим пальцем, похожим на рыбью кость, в кнопки телефона.

Пока шли разговоры, Веригин переглянулся с молчаливым напарником Соколовой. Тот осторожным взглядом дал понять ему, чтобы не упирался и отдал этой дамочке все, что она хочет. Потому что Соколова – это такая стерва, запросто может качественно жизнь испортить. Упертая и злопамятная, если на кого затаит зло, то будет стараться человеку подлянок накидать.

Просто так, из вредности.

Соколова между тем говорила что-то в трубку сухим безжизненным голосом. И вроде бы не шептала, а майор ничего не расслышал. После чего закрыла телефон и уставилась на Веригина холодным рыбьим взглядом. Взгляд этот действовал на неподготовленных людей специфически, а именно: у них начиналось сильное сердцебиение и ломота в висках, а также легкий тремор в руках и ногах, а кое у кого даже позывы к мочеиспусканию и к чему посерьезнее, называемому в народе медвежьей болезнью.