Вперед в прошлое. Возвращение пираньи — 2

Если он здесь почти безвылазно сидит четыре года – давным-давно и сеть информаторов налажена. и есть «ребятки». Много всякого должен был наворотить Лаврик с его привычкой шмыгать вдоль стеночки незаметно мышкой норушкой...

Мазур понял, что его не беспокоит, но чуточку напрягает: никак не походило, что Лаврик собирается заканчивать с беззаботным трепом на отвлеченные темы. Ему бы полагалось, как вещует многолетий опыт совместной службы, давно перейти к делу, к конкретике. Что ж, если гора не идет к Магомету...

— Значит, ты у меня старшой... - с расстановкой произнес Мазур.

- Как, бывало, не раз в прежние времена...

-- Он самый, - сказал Лаврик. - Ради соблюдения формальностей - «Радуга-пять», «Солнечный ветер – четырнадцать». Подтверждаются мои полномочия?

- В лучшем виде, - кивнул Мазур.

- Нормальный пароль, - удовлетворенно сказал Лаврик. - А то порой такие хохмы случаются... Вот тебе реальный случай из жизни. Читал я как-то мемуары Федорова. Был в Отечественную, если ты подзабыл, такой крупный партизанский командир, в генералы вышел, Героя дали. Там вот, писал он: однажды разрабатывали пароли и отзывы для явочных квартир и местных явок.

Вот в одной из подпольных организаций и отчебучили, уж не знаю, что им в голову пришло... Пароль, в общем, был нормальный: «Куда путь держите?» А вот отзыв... «Из праха былого в прекрасное будущее». Серьезно, сам читал. Ну, конечно, дали втык и все эти красивости похерили. Ляпни такое на улице при посторонних...

Нет, полное впечатление, что он не намерен говорить о деле. А это довольно странно...

Он решился. И сказал твердо:

- Лаврик, ты, конечно, старшой, кто бы спорил и обсуждал приказы. Но...

Я тебя сто лег знаю как облупленного. И под погонами прошагал сорок с лишним лет. Есть в происходящем некая странность, уж это-то я просекаю. Тебе бы следовало инструкции мне давать, задачи ставить, в курс дела вводить... Эго азбука. А ты болтаешь о чем угодно, только не о деле. Скажи хотя бы, с какого перепугу у меня в шкафу -- здешний адмиральский мундир, явно на меня пошитый? И с какой такой радости я удостоился послезавтра неофициального приема у президента? Что тут вообще творится?

На лице Лаврика появилось странное выражение... нет, так будет не совсем точно.

Правильнее сказать - выражение, совершенно Лаврику несвойственное. Мазур его видел всяким - злым, смертельно уставшим, мучительно ломавшим голову над непонятной загадкой, которую требовалось разгадать в кратчайшие сроки. Но припомнить не мог, когда видел на лице Самарина растерянность. А сейчас, никаких сомнений, это была именно она.

- Проше всего с мундиром, - сказал Лаврик, словно бы избегая встречаться с ним взглядом. - Ты ведь уже был самым официальным образом африканским генералом.