Время стрелять

Моя героическая благородная роль спасителя (и целителя) людских душ, перемещенных по Высшему велению в тела братьев наших меньших, никак не позволяет мне столь гадко лгать.

Борис дочитал письмо, тяжело вздохнул и начал складывать лист, чтобы вновь спрятать его в конверт, как вдруг раздался звонок. Он машинально подошел к дверям, открыл их и, уже разглядывая гостей, вспомнил о том, что Борона наказал всем работникам приюта в целях безопасности очень ответственно относиться к любым визитерам, смотреть на них в глазок, выяснять, кто они и зачем явились, и только потом, убедившись в том, что этот визит действительно безопасен, открывать дверь.

— Что ж вы людей без воды и света оставили? — осуждающе покачивал массивной головой мужчина, по виду водопроводчик. — Очень некрасиво, молодой человек, получается!

— Каких людей? — Следов недоуменно уставился на гостя. — У нас все в порядке!

— У вас-то все в порядке, я не сомневаюсь! — мужчина укоризненно посмотрел на растерянного Бориса. — Вы меня спрашиваете, каких людей? Хороших людей, молодой человек! Хороших и добрых людей, которые вам, например, ничего плохого покудова не пожелали и не сделали! — мужчина замолчал, ожидая реакции Следова.

Ее не последовало, и он продолжал: — У дома пятнадцать два этажа обесточены! А у вас с ними общая запитка! Вам тут кто разводку делал?

— Да я этого и не знаю! И что вы об этом меня вдруг спрашиваете? — Борис выразительно пожал узкими плечами. — Я этого все равно не знаю. Я здесь детьми занимаюсь, а не электричеством!

— Ладно, мы все своими детьми занимаемся! — мужчина как бы даже нехотя шагнул в дом.

 — Как говорится, «лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать»! Правильно? Ну, показывайте мне ваше хозяйство!

— А мы к себе чужих людей не пускаем! У нас техника безопасности! Мало ли что у вас на уме? — встал на пути гостя Следов. — Сейчас знаете, как детей воруют?! А может быть, вы кто-то из родителей, которые своих детей истязали? Откуда я это знаю?

— У меня на уме только одно, гражданин воспитатель, чтобы всем вам было светло и уютно и чтобы через вас другие жильцы не страдали! — мужчина уверенно отстранил молодого человека.

 — А про всякую шушеру я и сам знаю не понаслышке! Сейчас люди на все готовы! Сегодня ты его своей пайкой кормишь, а завтра он тебя, прости господи…

— Хорошо-хорошо, Сергей Петрович! Значит, вы уже окружили дом, а пятеро бойцов, которых вы оставили у нас внутри, займут свои позиции здесь! — раздался с площадки второго этажа голос Данилыча.