Встречи и прощания

Открывай же подарок.

— О, Эмбер, какая прелесть! — Спиро рассматривал небольшую миниатюру в изящной рамке: двое юношей-борцов в набедренных повязках застыли перед началом поединка. — Ты, должно быть, выложила целое состояние. Ведь это оригинал, девятнадцатый век!

— Разумеется, оригинал. Неужели ты думал, что подарю тебе копию! — с наигранным возмущением воскликнула Эмбер. Как и большинство друзей Спиро, она знала, что он, вопреки желанию родных, мечтает открыть собственную картинную галерею. Правда, ей также было известно, что Лукас жестко контролирует все расходы племянника. И хотя Спиро было положено весьма щедрое месячное содержание, ему всегда не хватало денег.

Эмбер попыталась изменить отношение Лукаса к племяннику, но натолкнулась на мощный отпор. Всякий раз, когда речь заходила о Спиро, Лукас начинал выходить из себя, повышать голос, а то и вовсе резко обрывал ее. Обычно подобные разговоры заканчивались пожеланием, чтобы она не лезла в дела его семьи и держалась подальше от Спиро.

В такие моменты Лукас действительно становился деспотом. Эмбер пыталась спорить с ним — он отвечал холодным молчанием. В конце концов это привело к тому, что она действительно перестала общаться с друзьями. И если с Тимом они регулярно перезванивались, то Спиро она не видела несколько месяцев.

— Надеюсь, дядя никогда не узнает, как ты на меня потратилась? — бережно установив подарок на каминной доске, Спиро вопросительно посмотрел на Эмбер.

— Можешь не беспокоиться, я не потратила ни пенни из денег Лукаса. Представьте, мои премиальные за прошедший финансовый год составили почти четверть миллиона! — Эмбер обвела друзей торжествующим взглядом.

— Отличная новость, подруга! — воскликнул Тим. — Разве я не говорил, что из тебя получится классный биржевой аналитик!

— Эта новость стоит того, чтобы выпить за нее! Хватит трепаться, Тим, тащи шампанское. Три мушкетера опять вместе! — Именно так называли когда-то неразлучную троицу. С тех пор прошло много времени, и Эмбер очень изменилась, но не забыла свои беспечные студенческие годы.

Шампанское лилось рекой. Пили за день рождения Спиро, за успехи Эмбер, за Тима, за жизнь и снова за новорожденного. Все было как в старые добрые времена. Через пару часов уже порядком осоловевший Спиро вдруг заговорил о Лукасе.

— Послушай, Эмбер, что ты думаешь о намерении моего дяди жениться? Я узнал об этом от деда — он сейчас в Лондоне, проходит обследование у своего врача. Дед в полном восторге.

— Он так и сказал? Сказал, что Лукас собирается жениться? — Эмбер даже подпрыгнула на диване. Конечно, когда Лукас будет делать ей предложение, она притворится, что для нее это полнейшая неожиданность.