Вы все жжете! Часть 2

Наверняка у них уже все подготовлено и прорепетирована, не зря же Вивиана временам бросает на меня нетерпеливо-вопрошающие взгляды, никак не может дождаться, когда наконец я поинтересуюсь, где же Бернар. Но я им такого удовольствия не доставлю.

— И синяк в пол-лица, — невозмутимо дополнила Люсиль, не бросившая меня на эту парочку. — Наверное, ночью света не хватало, пришлось дополнительное освещение использовать.

— Ты о чем? — холодно спросил Антуан. — Не такой уж большой был синяк.

О, значит, синяк все-таки был. И откуда только Люсиль узнала? Подруга сохраняла невозмутимость, лишь в глазах плясали бесенята, как у нее бывало, когда задумывается какая-то каверза.

Антуана утром видеть она не могла, значит, либо ей кто-то рассказал, либо она предположила, что Бернар был весьма признателен устроившему его личную жизнь.

— Большой-большой, — поддержала я подругу. — Кто это тебя так?

— Не помню, — он красиво улыбнулся, наверняка рассчитывая, что делает это достаточно убедительно, чтобы мы забыли про вопрос и начали им любоваться. — Вроде бы и не дрался ни с кем, а утром проснулся с синяком.

— Где проснулся? — проявила заинтересованность я.

Вдруг скажет, что в доме казначея? Мало ли как все повернулось.

— Да ты ревнуешь? — неожиданно сказал Антуан, чья улыбка из сдержанной стала необычайно довольной. — Не волнуйся, женщин там рядом не было.

— Я бы на твоем месте, Николь, как раз начала волноваться, — съехидничала Люсиль. — Если инор не интересуется женщинами, это повод расторгнуть даже не помолвку, брак.

— Что за глупости ты говоришь? Все у моего брата в порядке с интересом к женщинам! Да их, знаешь, сколько… — возмутилась Вивиана, выставив сложенный веер так, словно собиралась проткнуть им Люсиль.

Но тут, похоже, Антуан либо наступил сестре на ногу, либо еще каким образом дал ей понять, что она может их выдать, потому что хищный оскал сменился нежной улыбкой, а прерванная фраза вылилась в: — …за ним бегает? Но он чрезвычайно разборчив и любит только Николь. Можно сказать, на все готов ради нее.

Она мечтательно вздохнула, намекая, что сама была бы не прочь оказаться предметом обожания кого-нибудь такого же замечательного, как ее брат. Тот же с не менее нежной улыбкой цапнул мою руку, поцеловал и прижал ее к сердцу.

Люсиль насмешливо фыркнула и отвернулась, выглядывая знакомые лица. Да уж, Альвендуа в большом количестве действуют отравляюще. Я к ним привычна с детства, и то меня уже тошнит от этой парочки. И это еще леди Альвендуа нет поблизости.

— Д’Авьель! — внезапно завопил Антуан прямо мне в ухо. — Хоть ты появился. Эко вас вчера выкосило.

Свои слова он сопровождал энергичными подзывающими жестами, так что Жану-Филиппу волей-неволей пришлось подойти и поздороваться.