Зеркальная страна

«Только не заставляй меня покинуть Зеркальную страну навсегда!» – прошептала я.

Лицо Эл скрывала тень.

Слезы хлынули потоком, мне стало еще больнее и страшнее. Я схватила сестру за руку.

«Прошу, не выдавай меня!»

«Прекрати! – велела она. – Пусти руку!»

«Ты скажешь, что нашла меня!»

«Нет же, глупая. Ведь ты моя сестра. Зачем мне выгонять тебя из Зеркальной страны?»

«Чтобы ты могла владеть ею и Россом в одиночку», – подумала я, но сказать вслух не осмелилась.

«Мы не покинем друг друга никогда-никогда! – шепнула Эл. – Ну же! Повтори!»

Я сглотнула и выпустила руку сестры.

«Мы не покинем друг друга никогда-никогда».

Эл ободряюще кивнула.

«До тех пор, пока мы живы».

У всех пиратов есть свой тайный шифр. И эти слова значили: доверяй только мне, и никому другому.

«Осталось всего пятнадцать минут», – сообщила Эл и закрыла крышку, оставив меня в темноте.

Меня добили вовсе не пятнадцать минут, а бесконечные судороги в затекших ногах, паника, клаустрофобия, неопределенность. Когда крышка наконец открылась, мне уже было плевать на наказание, на изгнание, на перспективу остаться одной в холодном, сером, пустом, пугающем мире.

Я с трудом поднялась, все еще сжимая в кулаке черную метку. Эл стояла в салуне, вокруг нее – все остальные. Вид у них был торжествующий.

«Ты отлично справилась! Мы все сошлись на том, что тебя можно простить».

Мне даже в голову не приходило, что идея с черной меткой принадлежала Россу. Наверное, в дневнике Эл написана неправда. Похоже, ее версия событий ничуть не ближе к истине, чем моя. В конце концов, память, как и вера, иногда подводит.

Однако насчет ревности сестра не ошиблась. Да и кто не ревновал бы на моем месте? Они с Россом сговорились исключить меня из общения единственным знакомым детям способом: обменивались многозначительными взглядами и смешками, шушукались у меня за спиной.

Оба вели себя жестоко, тут и спорить нечего. Я до сих пор помню, как разрывалось сердце от того, что меня бросили два близких человека. Как я непрерывно гадала, в чем же моя вина… Чего Эл хочет сейчас, посылая подсказки, пряча повсюду странички дневника? К чему эти неприятные напоминания о прошлом, которые просачиваются словно влага сквозь пористую бетонную стену? Что Росс всегда принадлежал ей, даже в самом начале? Или что у нее всегда были от меня секреты и она не доверяла мне никогда? Или же Эл просто дает мне понять, что я не права и верю в то, чего нет? Что она больше не вернется?

Росс ушел.

Я одновременно чувствую и облегчение, и тревогу. На этот раз он не оставил записки. Сажусь за кухонный стол, гуглю «Как отследить местоположение отправителя электронного письма» и просматриваю результаты, пока не нахожу тот, который не вызывает у меня желания швырнуть ноутбук о стену.