Жена Эмиля. Наследник для Зверя (СИ)

Голова кружится, а взгляд прикован к крупному телу под простынкой. Это Эмиль? Это бездыханное мощное тело, пустая оболочка человека – мой муж? Я знала, что мне не покажут лица, но смотрела на залом в области головы. Эмиль, это ты? Подскажи, шепни, я тебя услышу…

– Не торопитесь. Люди меняются после смерти, вы можете не сразу его узнать.

Питерцов откинул простынь и я вздрогнула. И уже не слышала, что они говорили. Смотрела на грудь и живот в светлых волосках.

– На нем был бронежилет… – долетел голос, что-то объясняя.

Я протянула руку, чтобы коснуться. В распахнутых глазах было полно слез, я надрывно дышала носом – мне не хватало воздуха, а рот я открыть не могла.

Губы были сжаты в жесткую линию. Трясущимися пальцами коснулась шрама на груди. Он выпуклый, жесткий и неживой на ощупь, словно это восковая фигура, а не человек. Изнутри меня раздирала истерика, словно кто-то бился в душе и искал выход. В ушах шумело, перед глазами окончательно помутилось. Я почти не осознавала, где нахожусь.

Реальным был только шрам под моими пальцами.

– Нет! – заорала я. – Это не он, это не мой Эмиль! Я не верю!

Прежде чем провалиться во тьму, я сорвала простынь, чтобы увидеть лицо, но меня спас обморок.

Я пришла в себя от боли и резкого запаха. Дернулась и открыла глаза: я на кушетке, около носа медсестра держала ватку с нашатырем. Я тут же возненавидела эту девушку, хотя она ни в чем не была виновата. Но она вернула меня туда, где я вновь буду страдать. Сильно болела голова, видимо, в морге меня подхватить не успели.

Ко мне подошел печальный Феликс.

– Ты узнала его или нет?

Я вспомнила ощущение неживой плоти под пальцами. Знакомый шрам… Но ведь мне не дали потрогать каждый. Не дали убедиться, всем сердцем почувствовать и принять, что это мой муж лежит на столе.

Сколько в моих сомнениях истины, а сколько суки-надежды? Мне нечего было сказать.

– Я его опознал, Дина. Это он. Мне жаль.

– Ты не мог... Ты его не знал.

– На нем были шрамы, как ты говорила. Чтобы рассеять сомнения, я сдам анализ… Проведем тест ДНК. Тело… в плохом состоянии. Мне жаль, что ты это видела.

Всего секунду. Обгоревшую плоть. А еще следователь скрыл, что его застрелили выстрелом в голову.

– Возьмите образец у сына, – пробормотала я. – Так надежнее.

В кончиках пальцев остался холод.

Я обняла себя, не в силах согреться, и больше не реагировала на Феликса. Онемела, понимая, что силы могут понадобиться, чтобы выжить, если…

Мне нужно на воздух… Я долго плутала по ледяным коридорам, кутаясь в шубу, но нашла выход и попала в морозный полдень. После морга и нашатыря запах снега отрезвлял. Спокойно. Вдох-выдох. Я потерянно смотрела на расчищенную дорожку, посыпанную песком, на елочки в снегу. Что-то гудело. Шум исходил от мощных рефрижераторов. В морге они должны быть хорошими.