Жена Эмиля. Наследник для Зверя (СИ)

А когда он выйдет, порвет тварей, которые хотели проучить меня пощечинами по приказу Воронцова. Думаю, он понимает, что ему не жить, если Эмиль окажется на свободе.

Дома я прилегла, утомленная жарой и нервотрепкой, а когда проснулась, за окном собирались бархатистые сумерки. Я подошла к окну, рассматривая набережную. В реке отражались городские огни и луна. Как я хочу к тебе, Эмиль…

Глаза вновь были на мокром месте, и я набрала номер адвоката.

– Госпожа Кац? – ответил он. – К сожалению, неудача. Мне жаль, но нам дают отвод. Эта настойчивость вызывает вопросы.

С нами вели темную игру на непонятных правилах.

И в этот раз непонятны они не только мне, но и нашему адвокату, черт возьми.

– Вы можете устроить встречу со следователем, который ведет дело? – попросила я. – Я хочу с ним поговорить.

Раннее утро было похоже на глоток свежей воды. Я сосредоточенно смотрела на веер, сложенный на коленях, и мысленно репетировала, что скажу следователю.

Неодобрение адвоката ощущалось почти физически, но он покорно отвез меня и проводил к кабинету. Прежде чем войти, я поправила платье. Сегодня я впервые надела одежду для беременных – симпатичное голубое платье с белым кантом и воротничком.

Большие накладные карманы должны были скрывать живот, но, кажется, только его подчеркивали.

Встречу назначили через несколько дней, так что он успел подрасти.

Первый триместр прошел без изменений, начало второго тоже, и стало казаться, что так будет всегда. Но ребенок вдруг начал активно набирать вес. Наступила двадцатая неделя – «экватор» моей беременности.

– Доброе утро… Я жена Эмиля Каца.

Следователь Олег Питерцов поднял голову, взгляд задержался на животе и он тихо, почти незаметно вздохнул.

Жена криминального авторитета оказалась беременной и срок немалый. Это был мужчина за сорок, весь как будто из квадратов: широкое лицо, кряжистые плечи под отглаженной форменной рубашкой.

– Здравствуйте, – сказал он, когда я скромно присела напротив. – Вы хотели познакомиться с материалами дела?

– Не совсем. Я хочу поговорить.

У него стал такой взгляд, будто я пришла со взяткой. В кабинете было жарковато и я начала обмахиваться веером.

– Я не могу добиться встречи с мужем, – продолжила я. – Столько времени прошло, а свиданий нам не дают.

Вы можете сказать, почему?

– Значит, есть причина, Дина Сергеевна.

Я свернула веер и положила ладони на живот.

– У вас есть дети? Мне очень важно его увидеть. Пожалуйста, помогите нам встретиться! Нам препятствует встречам и работе адвокатов. Есть предположения, что он делает это намеренно… Дослушайте! – повысила я голос, когда он решил меня оборвать. – У моего мужа много врагов…

Питерцов отвел глаза.

– Дина Сергеевна, я все понимаю, но… Вам двадцать один год.

– Двадцать два, – насторожилась я.