Жена Эмиля. Наследник для Зверя (СИ)

Долгое молчание, затем кто-то тяжело и взволнованно задышал в трубку, словно пытался успокоиться.

– Твоя взяла, – тихо сказала Жанна и отключилась.

Она выяснила, кто такой Андрей и ответы ей не понравились. Я же говорила, что она умная.

В понедельник стало совсем невыносимо. Я спасалась чаем с ромашкой, излагала ежедневнику мысли, стараясь не замечать, как дрожит рука… Мной неожиданно овладело чувство, что в борьбе пройдет вся жизнь. А это больше, чем слова. Ушедшие в никуда годы, ранняя седина, одиночество… Взгляд в глаза сыну, которому рано объяснять, где его отец.

Долгая разлука. С годами я неизбежно зачерствею и после этого уйдет любовь.

Я бросила паркер, даже писать надоело – не помогает больше. Не понимаю, что за странная смесь тоски, горя и отчаяния меня гложет, а потом выразила ее одной фразой... Как я смела надеяться на лучшее? Как смела мечтать!

Я обхватила голову руками. Дальняя стена кабинета терялась в темноте, только на полу возле окон было немного лунного света. Я физически ощутила огромный пустой дом, где обитает одна душа, и то покалеченная.

Съедаемая черным отчаянием, я сбросила ежедневник в ящик стола и ушла в спальню.

Упав лицом в подушку, я давилась слезами и уснула поздно, вымотанная и без сил. Наутро голова была тяжелой после ночной истерики. Я с тревогой прислушалась к тишине в животе, но ребенок толкнулся, и я поплелась на кухню.

Надеюсь, это просто усталость. Но я с тревогой узнавала апатию и грызущую тоску – так начинается депрессия. Так она в прошлый раз начиналась. Пытаясь вернуть настрой на лучшее, я приготовила чай с ромашкой и ушла в зал. И сделала то, чего давно не делала – включила телевизор, так сильно соскучилась по звуку человеческого голоса.

Отрада одиночки.

Мне нельзя в депрессию. Не сейчас. У меня скоро родится ребенок, а мужа, чтобы вытаскивать меня из эмоционального дерьма, нет рядом.

За окном сиял свежий, умытый ночным дождем город, я размышляла, не позвонить ли маме. Хотя бы ей… Поднесла кружку к губам, да так и застыла.

– …связанный с громким скандалом, материалы дела проверяются, дают свидетельские показания...

Скороговорку ведущего я услышала краем уха и обернулась. Наверное, показалось… Это невозможно! Но в новостях мелькнул следователь Питерцов.

Он беззвучно давал комментарии, но быстро уступил место другому чиновнику.

Зазвонил телефон, но я не могла оторваться. Так и стояла, вдыхая приятный запах ромашки, и расширенными глазами смотрела новости.

– …установлено, что Воронцов был заказчиком убийства. Мотивом выступила коммерческая деятельность Эмиля Каца.

В ушах зашумело, перекрывая голос ведущего. По телу расплывалась сладкая истома, словно месяцы напряжения, страха и боли позади.