Злодейки не плачут

К тому же, если мне не изменяет память, ваше обучение на факультете гораздо строже, если студент не проходит точку контроля, то итог один, разве нет?

— И что же страшнее? Синяки и царапины или выжженная магия, юная госпожа Риар?

Я поджала нижнюю губу, раздумывая над ответом:

— Вы ведь знаете, что если маг темных искажений потеряет контроль, то уничтожит не только себя, а всё вокруг. Неважно будет перед ним враг или друг, член семьи или кто-то ещё. Поверьте, ни один из моих сокурсников не хочет для себя подобной участи. В данном случае выжигание магии — спасение, а не наказание.

— Хорошо, что вы успешно справляетесь.

— Магия искажений — это наследственный дар, который передается по крови, и нас учат этому с рождения. К тому же дар разгорается не сразу, мы учимся ему постепенно, плюс нам выдают ограничители, которые мы снимаем только к выпускному классу, то есть только перед поступлением в академию. А в академии — сами знаете, везде стоят глушилки, чтобы юные маги никого не покалечили. Считается, что к четвертому курсу заканчивается полное формирование всех магических каналов, и дальше, если мы не сойдем с ума, то в теории никто не должен пострадать.

Я позволила себе улыбнуться. Отец, всегда говоря об участи мага искажений, улыбался в самом конце. А я сейчас старалась подражать ему. Выходило зловеще и горько.

Ректор слушал меня внимательно, взгляд задумчиво скользил по лицу, пауза затягивалась, а мой собеседник даже не моргал, погруженный в собственные мысли.

— Простите, — наконец, он захлопал длинными темными ресницами. — Вы так похожи на Элейн, я невольно погрузился в воспоминания. Мы учились вместе, вы знали?

Погодите, сколько ректору лет?

Он уже упоминал бабушку, но тогда мне было не для того, чтобы сопоставлять факты.

Ему за сотню… Ох, хорошо выглядит для своего возраста. А Холд? Сколько ему? Вдруг молодое личико — обман?

— Сейчас, пара минут…

Карден Вармс отошел в кабинет, дверь за собой он не прикрыл, поэтому я без проблем разглядела край массивного стола, и часть книжного шкафа у стены. Он прошел в ту часть кабинета, которую я не могла видеть. Раздались его шаги, комната была явно больше, чем казалось на первый взгляд, и дракон ушел куда-то вглубь. Я же невольно бросила взгляд на стол, который видела с места.

На столешнице лежало несколько рабочих папок, какие-то бумаги и стояли свечи. Интересно… Они ароматические? Я принюхалась, но могла уловить только аромат ягненка, который всё перебивал.

Зато со зрением что-то произошло. У меня даже голова в момент закружилась, но я увидела название верхней папки: журналы успеваемости студентов за первый семестр с четвертого по седьмой курс. А на нижней — моя фамилия. Она торчала лишь наполовину, но догадаться несложно.