Злодейки не плачут

— Это не в моих правилах, студентка Риар.

Пришлось поведать ему часть душещипательной истории, на которую он только хмурился, затем тяжело вздохнул, но дверь всё же закрыл.

— Я разрешу студенту Бладу сдать сегодняшний тест отдельно, — процедил он, в ответ на мой немой вопрос, — но на этом всё, опоздание — есть опоздание.

Не знаю, как это работает, но к тому моменту, как занятий по контролю я вышла в коридор академии, про историю в столовой знали, кажется, все!

Сплетни разносились по академии Розадра Белого с бешеной скоростью. Не хочу приводить в пример, простую банальность, но ощущение складывалось, что действительно стоит тебе чихнуть, как с другого конца уже орут «будь здоров».

Вельма и Колетт желали знать все в мельчайших подробностях. Хотя рассказывать было абсолютно нечего.

Глупая ситуация, в которую я вмешалась. Но на удивление мне это пошло на пользу. Моя популярность среди серых мышек резко возросла. Сайферу тоже досталось минута славы. Все знали, что он успокоил бедняжку, привел её в корпус и был с ней исключительно любезен. Теперь многие мечтали о таком парне, чутком и заботливом.

Да, именно этот заботливый парень, ещё две недели назад предлагал мне переспать с ним, чтобы ему досталась корона факультета. А мне следовало довольствоваться местом принцессы и улыбаться на все его предложения как тупой кукле.

Были и те, что считали, что мы с Сайфером подходим друг другу, практически идеальная пара. Строили даже предположения, как быстро мы сойдемся, и Сай станет королем.

Уорф быстро стал поклонником именно этой теории, поэтому уже вечером он первым шепнул об испытании статуи Розарда Белого, которая украшала гостиную факультета.

Чистый мрамор, тонкая работа. Можно различить все складки на одежде и каждый волосок на голове, даже вены на руках видны. Чтобы «шепнуть» следовало подняться по лестнице, дойти до центра площадки и наклониться вниз за периллу. Уорф сделал это, глядя прямо Сайферу в глаза. Жалко, что в этот момент меня не было там, говорят, зрелище было впечатляющим.

Декан Ругг зачаровал статую так, что она могла принять три испытания от каждого из спорщиков за корону факультета. Сказать свое слово можно было лишь единожды, поменять испытание — нельзя.

А ещё это означало, что у нас есть ровно две недели, чтобы придумать ответку.

Помимо того, что Уорф подлил масла в огонь для сплетен, мне ещё перемывали кости те, кто решил, что я польстилась на куратора драконов. Другие же верили, что письмо предназначалось Шэйму. Я боялась, что Колетт это заденет, но она отнеслась к этому с юмором, особенно после того, как услышала всю историю от и до. Ясно, соперницей она меня не считала, это ведь она успела сходить к Шэйму на индивидуальное занятие по рунам.