Эксклюзивный мачо

 – Ладно, пойду я."

"– Постой… – Он взял меня за руку, посмотрел так, что сразу стало ясно: сейчас осчастливит. Я-то боялась, так и не решится, но вот все-таки надумал. – Детка, ты прекрасно знаешь, кто у нас кон­тролирует игорный бизнес, а также проституцию и прочие весьма неблаговидные предприятия.

– Ну…

– Что “ну”?

– Дед контролирует. Этот секрет давно не сек­рет для десятка граждан.

– Правильно. Но контролирует он все это не напрямую. Для этого и его наглости не хватит, да и в дерьме возиться ему неохота.

– И кто… – начала я.

– Кто-кто, конь в пальто.

Тагаев, конечно. Толь­ко не вздумай брякнуть где-то об этой страшной-престрашной тайне.

– Ух ты, е-мое, – простонала я и даже зажму­рилась, так мне тошно стало.

– Вот-вот, никогда бы я тебе этого не сказал, если б… Ну, ты поняла.

– Да уж как не понять, – фыркнула я и грязно выругалась, что совершенно неприлично для скром­ной девушки, каковой я в душе являюсь.

– А если поняла, то сделай следующее: сегодня же позвони Питиримову, передай от меня большой привет и скажи: будем очень благодарны, если во­время узнаем, что в нашей богадельне творится, а интересует нас буквально все, даже самые незначи­тельные события, а про значительные и говорить нечего.

Сделаешь или самому звонить?

– Сделаю, – ответила я, в душе слегка удивля­ясь. Питиримов Виктор Иванович, мужичок тихий и какой-то серенький, в охране Деда заметных должностей он никогда не занимал и вообще, казалось, звезд с неба не хватал. Правда, Лялин к нему отно­сился уважительно, и Ларионов, сменивший его на боевом посту, тоже. Что ж, Лялину видней.

– Вот и отлично. На работу ко мне тоже позво­ни, спроси Володю.

Парень серьезный, к нему, в случае чего, можно смело обратиться.

– У меня дома две пушки, возможно, с боль­шим прошлым, что с ними делать, не знаю. Вешня­кову не сдашь, придется объяснять, а объясню, чего доброго привлечет к уголовной ответственности. Он последнее время свирепеет на глазах.

– Это потому, что ему подполковника не дают. Пушки Володе отдашь. Теперь топай.

Слова Лялина о дворцовых тайнах не шли из го­ловы, я продолжала мысленно материться и даже пару раз пробормотала вслух:

– Ну, Дед…

Лучше от этого мне не становилось, что совер­шенно неудивительно.

Я посоветовала себе напле­вать на тайны Деда и продолжить следствие. В размышлениях вновь вернулась к Сафронову, а от него к его бывшей супруге. Так как супруга ушла от Пет­ра к молодому человеку, по слухам, из команды все того же Сотника, я включила ее в свой список под номером один, но встреча с ней могла вызвать труд­ности, коли уж Тагаев в настоящее время был с Сотником в состоянии войны, а сам Сотник, по непро­веренным данным, скрывался от возмездия.