Я разобью твоё сердце (СИ)

— Садись, включаю, — командует Герман, пристроив планшет на бедрах.

Я не хотя плюхаюсь рядом. Моё расстроенное лицо вытягивается, когда на экране начинают мелькает первые кадры. Иностранный продакш, ужасный перевод, главная героиня в мини-юбке и с вызывающим макияжем. Она отчего-то ходит по дому на шпильках, вот наклоняется к стиральной машине и засвечивает трусики. Тут на кухню заходит полуголый мужчина и пристраивается сзади с самыми грязными намерениями…

— Это что, порно? — округляются глаза в догадке.

— Ага. Просвящайся. Щас он так её будет драть…

Тут он попадает в точку, потому что они почти сразу начинают трахаться под громкие стоны.

— Боже… — закрываю глаза, которые проще выколоть от увиденной пошлятины.

— Смотри и учись, — говорит Герман. — Глаза открой. Обещала до конца посмотреть.

— М-м, — мотаю головой.

Но даже с закрытыми глазами развитая фантазия рисует самые пошлые картинки. Я же еще всё слышу, эти шлепки о задницу, стоны и наигранные «о да, ещё».

Заславский начинает ёрзать. Звук застёжки на штанах заставляет открыть глаза. Мужская рука спускает резинку трусов. Он же не собирается… Не-е-ет.

У меня челюсть отвисает, когда Герман при мне достает свой эрегированный член. Мне секунды хватает, чтобы рассмотреть его большой вздымающий орган с розовой покатой головкой.

Зажмуриваю глаза, трясу головой.

— Твою мать, что ты делаешь, — на панике выругиваюсь я, отказываясь верить в происходящее.

— Дрочу, — как не в чём не бывало отвечает он. — Присоединяйся.

Глава 6

Лиза

— По любому ласкаешь себя, недотрога, — подтрунивает парень без комплексов. — Все этим занимаются.

— Заткнись, пожалуйста, — умоляю, прикрывая лицо ладонями.

А в ответ до ушей долетают женские стоны с видео.

Через щелку между пальцами замечаю, как Герман наяривает свой член кулаком вверх-вниз. Оголенный пресс напряжен, на нем четко выделяются кубики. Физическая слаженность настолько же идеальна, насколько омерзительна его манера поведения.

— Эй, слышишь, — дотрагивается до меня рукой, которой только что держал свою «дубину».

— Блин, не прикасайся, фу, — брезгливо отмахиваюсь.

— Хочешь вылижу твою киску? — приближается он, гладит по бедру. — Снимай трусики.

— Не хочу!

— Ай, врёшь. Потекла, девочка, — его ладонь утыкается между ног.

Я стискиваю бедра и шлепаю по мужской руке.

— Хватит меня совращать!

— Да ладно тебе, от оральных ласк девственности не лишаются. Приятно будет, обещаю.

Герман высовывает язык и демонстрирует им очень пошлые движения.

Оттолкнув его плечом, я накрываю голову подушкой, чтобы не видеть и не слышать развратных действий.

— Я тебя представляю, крошка… — всё равно доносятся его слова.

Пытаюсь переключится на другие мысли, чтобы отогнать непонятные ощущения внизу живота.