Я разобью твоё сердце (СИ)

Вместо этого его ладонь двигается вверх, дерзко проникает под юбку и подкрадывается к трусикам.

— Эй, — шикаю и свожу колени. Брови подлетают от неожиданности. — Ты что делаешь…

— Поверяю, всё ли на месте, — смешливо шепчет на ухо парень. Мягко чмокает в шею.

— Мы в библиотеке… — напоминаю и себе и ему, чтобы не потерять рассудок.

Всё происходит под столом, но такое чувство, что каждый присутствующий в курсе разврата. Я покрываюсь смущенным румянцем.

А Герману плевать на запреты . Его пальцы бесстыже притираются к трусикам, а глаза любуются моей реакцией. Я опускаю ресницы и выпускаю вздох, чувствуя, как низ живота наливается.

— Прекрати, — умоляю, сдерживая его руку.

Пронизываем друг друга многозначительными взглядами. В мужских глазах ярко проглядывается влечение, но я не могу расслабиться в таких условиях, как бы не сходила с ума.

Приложив немалое усилие выбираюсь из захвата Германа.

Поднимаюсь места и, одернув плиссированную юбку, иду к стеллажам с книгами. Слышу, что Герман идёт следом. Ускоряю шаг и теряюсь между длинных рядов. Начинаются какие-то прятки-догонялки. Через щелки догадываюсь о местонахождении парня и бесшумно линяю в другую сторону. Прижавшись к стеллажу, перевожу дух и расплываюсь в глупой улыбке. Заславский похоже заблудился в книжном лабиринте. Выглядываю из-за угла — его не видно.

Выдохнув, достаю с полки пару интересных книг и перелистываю их на ходу. Теряю бдительность и за поворотом натыкаюсь на мужскую фигуру.

— Попалась.

Схватив за плечи, Герман прислоняет меня к стеллажу и испытывает горящим взглядом, как паук муху перед тем, как выпить её соки.

— Сдаюсь, — совершаю последний вздох.

Легкие сжимаются, отказываясь работать , дыхание перехватывает. Я опускаю взгляд на его приоткрытые губы. Они приближаются ко мне… Опускаю веки в ожидании поцелуя, интуитивно тянусь вперед, запрокинув голову. Но вместо ласки хватаю ртом мужской смешок. Растерянно распахиваю ресницы и сталкиваюсь с издевательскими огоньками в глазах напротив. Меня только что нарочно обломали. Женское достоинство исходит возмущением.

— Не мешай работать, — предпринимаю неудачную попытку оттолкнуть от себя Германа."

"Претензия во взгляде ломается о его наглую усмешку. Парень напирает на меня, прижимая к переплетам книг. Обхватив за шею, заставляет запрокинуть голову и склоняется к моему лицу. Я уже не ведусь и упрямо смотрю в пепельные глаза. Стойкость и выдержка покидает меня, когда мужские губы впиваются в мои. Очень напористо и властно. Обсасывают их поочерёдно, лишая возможности противостоять хотя бы из вредности. Я сразу подаюсь ласке и пропускаю его язык в рот. Мы сливаемся в глубоком влажном поцелуе. Становится так жарко, будто по венам разлили горючее топливо и подожгли.