Метанойя

И уже было пошли разговоры о сроках проведения референдумов в прибалтийских республиках, а тут как гром среди ясного неба — на январь 1987 года назначено заключение нового союзного договора, с предварительным референдумом по всему СССР. Вопросов референдума было два: 1) хотите ли вы остаться в СССР и 2) хотите ли вы отделиться от СССР? Это, конечно, упрощенно, вопросов в бюллетене было больше, но суть их в конечном итоге сводилась к этим двум. Референдум был назначен на ноябрь 1986 года.

* * *Сентябрь 1986 года. Москва. Кремль.

На секретном совещании присутствовали шесть человек: Генеральный секретарь ЦК КПСС Михаил Сергеевич Горбачёв, Первый секретарь ЦК Компартии Украины Владимир Васильевич Щербицкий, Первый секретарь ЦК Компартии Белоруссии Николай Никитович Слюньков и секретари каждого из них. Секретарем Горбачева оказался никому не известный молодой человек, которого, конечно, никто и не думал представлять. Но люди, посвященные в известные тайны, узнали бы его сразу. Это был Егор Николаевич Соколов, пятидесятишестилетний спившийся бывший учитель математики из другого варианта истории, а ныне — двадцатидвухлетний старший лейтенант госбезопасности, штатный психолог Центра специального назначения КГБ СССР — не пьющий и не курящий. Как и у остальных двух секретарей, у него был блокнот и три шариковые авторучки, на случай, если одна из них перестанет писать.

Слово взял хозяин кабинета — Горбачев:

— Дорогие товарищи! Время для нашей страны, для нашей партии и государства сейчас сложное.

— А когда оно было другим… — пробормотал Щербицкий.

— Верно, Владимир Васильевич, — ответил Горбачев, но сейчас речь идет ни больше, ни меньше, как о роспуске СССР. Специально собранная и уже почти полгода работающая группа лучших аналитиков единогласно приходит к выводу о том, что страна уже на грани развала. В ближайшее время СССР, вероятнее всего, не станет. Но, как говорится: кто предупрежден, тот вооружен. Ядро нашей страны всегда составляли три славянские республики — Россия, Украина и Белоруссия, являющиеся, по сути, одним народом. Если мы будем вместе, то даже в том случае, если уйдут все остальные, мы останемся все еще одной из двух сверхдержав. Начнем разводиться и ругаться между собою мы — раздавят всех поодиночке. Да и заботиться о нашем народе, если честно, нам будет легче. Хотя бы просто потому, что меньше будет этого народа. Деньги, предназначенные для восточных республик, останутся у нас. Да и вообще мы постараемся практически все оставить у себя. Предлагаю сегодня обсудить возможность будущего Союза славянских народов.

Соколов внимательно контролировал реакцию Слюнькова и Щербицкого. Еще до начала заседания, встречая каждого, он взял их под мягкий контроль, поэтому проблем быть не должно.