Метанойя

А нам нужно, чтобы условие добровольного выхода из СССР для них включало в себя юридически оформленное обязательство этих стран, не вступать ни в какие союзы — ни в Евросоюз, ни, тем более, в НАТО. А так же не иметь на своей территории вооруженных сил или военной инфраструктуры третьих стран.

В общем, пора давать отмашку Горбачеву, чтобы начинал процесс. Толкать речи о свободном волеизъявлении народов он большой мастак, вот пусть народы России и Белоруссии и выскажут свою волю. Если судить по той истории и по референдумам начала 90-х, то абсолютное большинство людей выскажутся за единое государство с Россией. И, кстати, согласно тем же референдумам, то же самое должно быть и на Украине. Этим обязательно следует воспользоваться. Но позже или…, может, чего тянуть? Ладно, посмотрим, как все пройдет с Белоруссией.

Вот еще что важно — ни в коем случае не отпустить Кубу. Есть идея открыть там сеть отелей для отдыхающих из СССР. Варадеро для этого очень хорошо подойдет, да и Карибское море будет пользоваться большим спросом. И необходимо подписать безвизовое соглашение для тех, кто едет на отдых. Вот это мы отдадим в руки частного бизнеса, поможем кредитами, но обяжем строить по лучшим международным стандартам.

То есть, нужно прибрать этот бизнес себе, а то в прошлой будущей истории, в 90-х они отдали это в руки международных сетей. Непорядок.

Путин записал: поручить проработать этот вопрос министру иностранных дел Лаврову, пусть использует свой огромный (до 2020 года) опыт международных дел. Этот же вопрос, кстати, можно поднять и в отношении других стран. Той же Индии, Вьетнама, Египта и т. д.

* * *От автора: эта часть главы удалена по личной просьбе президента США. Надеюсь, наш уговор не послужит причиной его импичмента.

Глава XIV"

"Наталья Васильевна Норикова ехала утром на службу и размышляла о том, как отреагирует полковник Немирович сегодня. Она пыталась представить себя на его месте, но ничего хорошего из этого не выходило.

За прошедшие два дня Наталья успела навести справки об Изюмовой и в университете и у сокурсниц. Впечатление осталось двояким. Позавчера с утра она передала показания ташкентских свидетелей и вот теперь везла новые. В них не было даже близко тех ужасов, что рассказывали бывшие воспитанники детдома. Но странности, несомненно, были.

Ровно в девять утра она вошла в кабинет полковника Немировича. Полковник внешне выглядел спокойным. Лишь взгляд его, в котором сквозило что-то похожее на обиду и недоумение, выдавал смятение. Николай Вениаминович пригласил майора сесть, спросил, не хочет ли она чаю, она отказалась, тогда он предложил рассказать, о том, что она еще выяснила за это время и подвести итог. Наташа глубоко вздохнула, мысленно перекрестилась и ровным голосом приступила к докладу.