Принцесса для босса. Семья из прошлого (СИ)

На этот раз я, конечно же, безоговорочно соглашаюсь и только увидев ее победную улыбку понимаю, что возможно, меня только что профессионально обвели вокруг пальца.

***

— Нет, даже когда научишься плавать! — дрожащим голосом выговариваю по дороге к лифту. — Даже тогда мы не пойдем на те горки!

— Ну маам, — направив на меня “щенячий взгляд” не унывает Алина.

Мне кажется, никогда в жизни я так не гипнотизировала линейку, как сегодня у каждого аттракциона. Для самых экстремальных горок дочь не доросла добрые двадцать сантиметров, но вот у более мелких, но тем не менее до ужаса страшных, она почти дотягивала до шкалы с отметкой сто двадцать.

В то время как остальные родители шепотом подсказывали детям встать на носочки, я всерьез обдумывала вариант побрить дочь налысо, чтобы расстояние до заветное зеленой черточки увеличилось еще больше. Один из инструкторов настолько растрогался ее рвением, что по доброте душевной предложил сделать исключение если на надувной лодочке мы поедем вместе. От шока я даже не сразу вспомнила, как будет “завещание” на английском, поэтому моя шутка про то, что сделаю это только после того как сбегаю к нотариусу, осталась непонятой.

— Солнышко, я боюсь, — приседаю на корточки, чтобы наши глаза были на одном уровне. — И это нормально. Все люди чего-то боятся.

— Я ничего не боюсь, — заявляет она настолько уверенно, что у меня язык не поворачивается напомнить ей, как прошлой ночью она требовала, чтобы я пошла в туалет вместе с ней, потому что в темноте могут быть монстры.

— Ты умница, — улыбаюсь. — Но страхи это нормально.

Делегация китайцев с непроницаемым видом огибает наши силуэты прямо перед входом в лифт и до меня доходит, что такие важные разговоры лучше бы проводить в номере, а не в холле отеля.

Дождавшись, когда лифт снова спустится, мы заходим в него и когда двери уже начинают закрываться, Алина резко выставляет вперед руку с криком:

— Мама, там Максим!

Я роняю сумку, в которой пыталась найти нашу ключ-карту и бросаюсь к ней, но понимаю, что никак не успею одернуть ее ручку до того, как тяжелые створки лифта сомкнутся на ее хрупком запястье.

Глава 30

Глава 30

За эти доли секунды у меня не то что вся моя жизнь проносится перед глазами, там еще и какая-то параллельная реальность возникает, в которой дочь становится инвалидом, а я провожу долгие годы в тюрьме, куда меня отправляют по решению соцопеки.

Я хватаю ее за локоть одновременно с тем, как длинные пальцы смыкаются на ее запястье и металлические створки прицельно бьют уже по ним.

— А вот вас-то я и искал, — как ни в чем не бывало, замечает Горский.

Голос даже не дрогнул, но руку он все-таки непроизвольно растирает и как бы невзначай прикладывает к холодной поверхности металла.