Самые близкие

В сети размещена статья, что Натали наркоманка, и вся правда о том, как погиб наш с ней ребенок. С фактами. Откуда Янис взял снимки Натали в моменты развлечений с дурью, я не знаю, но это убийственный удар по репутации. И судя по комментариям, на понимание общественности моей бывшей рассчитывать не придется.

Требуется пара минут, чтобы принять и понять, о чем я в действительности жалею. Нет, не о том, что Натали лишилась карьеры и, возможно, после этого вообще слетит с катушек. Я жалею о том, что Яна приняла это решение за меня. Самому следовало защитить свое имя.

Хотя теперь в этом нет необходимости. Может, по крови и отцу я и Ковалёв, но по духу и воспитанию — истинный Багдасаров. С самого детства.

И весь этот путь мне нужно было пройти, чтобы наконец это осознать.

42 глава

Люди в больнице снуют туда-сюда, вокруг много шума и движения. Кто-то готовится к выписке, кого-то, наоборот, только оформляют на госпитализацию. За прошедшие месяцы можно было бы свыкнуться с подобным ритмом, перестать обращать на это все внимание, но у меня не выходит. Все, чего хочу — забрать дочь домой и забыть о днях, проведенных в казенных стенах. И как можно скорее.

— Ты в порядке? — спрашивает Андрей, когда я долго стою у окна, не шевелясь.

Во время разговора с Елизаветой Сергеевной сердце словно жгутом стянуло от волнения, и до сих пор не отпускает. Она сказала, что повторная операция Алине не требуется, но процесс реабилитации будет долгим и сложным.

— Яна... — Андрей кладет руки мне на плечи. — Все будет хорошо.

Судорожно выдыхаю. Только сейчас приходит понимание, как я в действительности устала и насколько напряжена. Перед глазами флешбэки: вот я в Калининграде, одна, вязну в своих переживаниях, вот испытываю первый шок, узнав о беременности. Потом озвучивают страшные диагнозы..."

"Слезы сами начинают течь по щекам. Прикусываю губу до жалящей боли, но легче не становится. Накрывает истерикой.

— Так, пошли отсюда. — Андрей обнимает меня и ведет к выходу. — Давай где-нибудь посидим.

— Не хочу, — пищу жалобно.

Перед глазами пелена слез, внутренности скручивает от боли, я погружена в себя и свои мысли. В такие моменты меня лучше оставить в покое. К счастью, Андрей это знает и не трогает.

Всю дорогу плачу, поэтому не сразу обращаю внимание, куда мы едем. Когда вижу, что это тот самый ресторан, где я назначила Андрею свидание и куда пришла в новом образе, отрицательно качаю головой.

— Я не пойду, — говорю, глядя на вывеску.

— Почему?

— Потому что там мне было хорошо.

— А сейчас?

— Я расстроена.

— Врач не сказала ничего ужасного. Все ее слова были ожидаемы. Мы теперь постоянно будем наблюдать за здоровьем Алины, сдавать анализы, посещать кардиолога. На самом деле это не так страшно.