Самые близкие

Провоцировала Андрея, просила его стать моим первым мужчиной и в итоге он сдался. Эти чувства свалились на нас внезапно, их природу я поняла лишь в процессе, а Андрей, оказывается, давно их испытывал, из-за этого сменил фамилию и переехал к отцу. Прошу, не нужно считать Андрея во всем виноватым, это сильно меня огорчает. Хотя возможно и я тебя огорчаю в последнее время не меньше…

Сложно даются откровения. Я очень волнуюсь. Но папа это замечает и обнимает меня крепче.

— Тебе было бы легче, если я отказалась от Ковалева? А как же мои желания и чувства? Я не смогу пережить еще одну разлуку с ним...

Папа словно в оцепенении находится от моих слов и не сразу приходит в себя. Затем громко вздыхает и качает головой.

— Ты приехал причинить ему боль? Только какой в этом смысл? Лучше накажи эту девушку, которая сняла видео и слила его в сеть. Триггер отослала ролик Натали и та отомстила Андрею за их разрыв таким вот гнусным способом. По-твоему, это справедливо? И если я простила Ковалева, то и ты должен…

— Ничего и никому я не должен, Яна! — строго произносит отец.

Блин, плохи дела. Неужели папу не тронула моя речь? Тогда переходим к плану “б”. Напускаю на себя жалкий вид, думая о Бусинке и преждевременных родах, когда казалось, что потеряю ее. На глазах тут же наворачиваются слезы, а по телу проносится дрожь. Я падаю отцу на плечо и начинаю всхлипывать. Не люблю так делать и прибегаю к этому способу крайне редко, но сейчас, похоже, безвыходная ситуация. Если бы Алину обидели я бы тоже была возмущена. Но мне никто не хотел делать плохо. Это важно!

— Ну все, Яна… Все… Я услышал тебя, — отец поглаживает меня по волосам. — Не знаю, зачем Янис за мной увязался, я не собирался никому устраивать разбор полетов. Тем более при тебе. Да и кем я стану после этого в твоих глазах? Всегда топил за справедливость и вдруг бы превратился в домашнего тирана? Достаточно твоего деда, который едва не сломал жизнь своей дочери. Я приехал к Андрею, чтобы обсудить, что он собирается делать дальше. Заодно узнать, сколько скелетов еще припасено в вашем шкафу и к чему быть готовым."

"— Больше нет, — держу марку и снова всхлипываю. На этот раз по-настоящему. Потому что нисколько не сомневалась в отце и его искренней и безграничной любви ко мне.

— Успокаивайся, дочка. Как бы там ни было — своих в обиду не даем. Все урегулируем и замнем. У нас это семейное.

Сказав последние слова, как-то странно усмехается.

— О чем ты? — целую его в щеку, испытывая прилив нежности.

— Неважно, — обнимает меня еще раз. — Ты иди в гостиную. Побудь с Янисом, а мы с Андреем немного поговорим тет-а-тет.

— Папа…

— Нормально поговорим, — заверяет он. — Иди, дочка.

Неохотно слезаю с его колен.